Книга Гончар из Заречья, страница 4 – Анна Рогачева

Она еще сильнее покраснела, глаза яростно сверкнули.

— А тебе что до этого? Попрошайничаешь? Не стой тут, уходи. У выхода милостыню проси!

— Здравствуйте. Мне работа нужна. И я могу дать вам совет, как вы можете экономить. Я вижу, вы парите коренья для похлебки. А вот если эту морковь, что с гнильцой (я ткнула пальцем в ведро), не варить, а протомить в смальце с луком да с щепоткой тмина? Гниль убрать, а остальное – в жир. Так вы намазку на хлеб вкусную получите. И каждый посетитель спасибо скажет, и копеечку заплатит. И помоев на треть меньше будет.

Ульяна замерла с половником в руке. Она смотрела на женщину холодным, оценивающим взглядом. Было видно, что толк от нее будет, да и работница нужна.

— Ты кто такая? – спросила она, уже без злости, с прищуром.

— Меня зовут Зоя. Я умею работать. И ребенка кормить надо. Дайте попробовать, я не подведу. Сегодняшнюю морковь выбросьте, а завтрашнюю я в дело пущу. Не понравится вам моя работа – уйду сама, выгонять не придётся..

Ульяна молча протянула мне грязный нож. Это был пропуск. Только не в рай, а в тылы войны за выживание. Но это было начало.

Мои дни превратились в ритуал. На рассвете – ледяная дорога до кабака. Ярика я всегда беру с собой, и, с разрешения Ульяны я устраиваю его в кладовке, где он тихо сидит у печи. Потом начиналась моя нескончаемая битва с грязной посудой. Я старалась мыть идеально, до блеска. Для меня это было единственной возможности сохранить рассудок, наводя порядок в этом хаосе. И идеально отмытые тарелки, выскобленные котлы были для меня маленькой победой. Я выстраивала их на полках ровными рядами. Раскладывала ложки. Ульяна ворчала, что я выдумываю и лишнюю работу делаю, но в ее ворчании сквозило одобрение.

В перерывах между делом я учила Ярика считать, тихо шепча ему на ушко.

— Смотри, видишь, разносчик несет кружки. Две для мужчины с темными волосами, что сидит у окна, и одну кружку тому рыжему, что стоит у двери. Сколько всего кружек получается?

— Четыре?

— Молодец! Почти. Ведь две кружки плюс одна кружка, то получится три. Мы считали шаги, ложки, монеты в ладке у хозяина. Я старалась скрасить его время как могла. Тут не было других детей, с кем ему было бы интересно, не было игрушек. И меня пугало то, то он не шалил, не бегал, а просто тихонько сидел. Я понимала, что это детям его возраста не свойственно.

Я старалась подмечать, какие люди приходят. Обозники были самыми громкими, голодными и вечно спешащими. Местных жителей сразу видно – самые жадные, брали только пиво и пили медленно, больше проводя время за разговорами. Еще были странники - молчаливые, но щедрые на чаевые. Я старалась разглядеть их, оценить характер, род деятельности. Кто может помочь? От кого нужно держаться подальше?

Ульяна тем временем наблюдала за Зоей. Видела, как она старается, работа в ее руках кипит. Видела, как она одним взглядом останавливает попытку подносчика стащить краюху, и как объясняет ему.

— Игорь, у тебя из рукава мука сыпится. Ты ведь так работу потеряешь. Подносчик, сконфуженный, клал хлеб на место. Видела, как она, улучив момент, протягивает Ярику специально отложенную с обеда корочку с капелькой меда.

— На, солнышко, подкрепись.

— Рукастая, – думала Ульяна, заваривая травяной взвар. – И с головой. Такая здесь надолго не застрянет. Или сломается. Но… не похожа она на ломкую.