Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 89 – Аллу Сант

Обычно в таких случаях я разговаривала с собой. Но сегодня рука потянулась к старому, доброму, проверенному средству — утюгу. С ним, между прочим, получались самые честные беседы. Утюг не льстил, не спорил, не перетягивал одеяло на себя. Он просто всё знал и был готов разделить тяжести профессии портнихи и матери-одиночки.

Я включила его, поставила на подставку, подождала, пока зашипит. И, не выдержав, заговорила:

— Ну что, ты тоже чувствуешь?

Утюг хмыкнул. Я абсолютно уверена, что это был именно хмык, а не пар.

— Не просто чувствую, — буркнул он. — Я тут уже весь день копчусь в тревоге и жду, пока смогу с тобой поговорить.

— Ты знаешь, в чём дело?

— Конечно, знаю. Тут, знаешь ли, по всей кухне витает аромат свадебной паники. Ты просто не чувствуешь, потому что вся в материнской тревоге. А мне паром нос прошибло от всех слухов!

Я замерла, а потом для верности присела и медленно, осторожно поинтересовалась:

— Свадебной?

— Ага, — подтвердил утюг, выпуская тонкую струйку пара. — Наш любимый герцог должен жениться.

— Что?! — выдохнула я.

— На мадам «три дочери и фиолетовая катастрофа». Она подло подставила его на балу, прямо при всех заставила подарить ей кольцо, а затем завизжала, что, конечно, согласна на его предложение! Ты бы видела, как он побледнел, а потом сбежал, как мальчишка. Сначала домой, потом — к тебе. Ну и ты его, как водится…

— Выгнала, — закончила я, чувствуя, как щёки наливаются жаром. — Ты хочешь сказать… это я была альтернативой?

— Угу. Весьма отчаянной, я бы сказал. И теперь, видимо, ты дала ему новый повод для истерики — ну или для прыжка из окна, потому что мне сложно представить, чтобы этот ловелас согласился на фиолетовую свадьбу.

Я медленно опустилась на табуретку и, обхватив себя руками, уставилась в стену. Мысли и чувства были весьма сложными и смешанными.

С одной стороны, хотелось просто обидеться и отправить дракона в короткий полёт из окна прямо на кактус. Всё же мало кому захочется быть альтернативой. Запасным вариантом. И, конечно, мне, как и любой нормальной женщине в подобной ситуации, было обидно. Чувство гордости и собственного достоинства упрямо шептало, что дракон заслужил хорошей взбучки.

Но я давно вышла из возраста розовых соплей и веры в высокое и светлое чувство. От этой болезни меня вполне успешно избавил мой первый брак, так что я понимала: дракон оказался в западне, и, как любой дикий зверь, будет биться и атаковать до последнего. С этой точки зрения его обращение ко мне выглядело почти логично. Я ему должна, а значит, могла бы согласиться хотя бы из чувства долга. И даже то, что он мне не особенно интересен, было ему на руку — ведь я бы не стала вмешиваться в его жизнь.

Вопрос только в том, почему дракон не сказал мне всё прямо и откровенно. Хотя… разве я дала ему такую возможность?

Я нервно прикусила губу.

Да уж. Выглядело всё это откровенно не очень и определённо могло выйти мне боком. Точнее — выйдет боком в любом случае. Либо мне припомнит отказ сам дракон, либо за меня возьмётся его новая жена. Не знаю, как в этом мире, но у нас ни одна женщина не потерпит, чтобы финансы мужа, каким бы он состоятельным ни был, уходили на чужого ребёнка. Будет много вопросов — и мне на них отвечать совсем не с руки. Говорить о том, что я попаданка, явно не стоило.