Книга Двор Опалённых Сердец, страница 84 – Элис Нокс

Я шла вправо.

— Назад.

Я шла вперёд, вдавливаясь в него.

— Кейт, ты не слушаешь мою руку.

— Слушаю! – протестовала я. – Просто она… говорит непонятно.

Его глаза сверкнули – опасно, ярко.

— Моя рука говорит совершенно ясно.

— Для тебя, может быть.

Мы двигались снова – вернее, пытались двигаться – но я умудрилась запутаться настолько, что мы оба застыли в нелепой позе, мои ноги между его ногами, руки в каком-то невообразимом узле.

— Как ты вообще… – Он посмотрел вниз на наши переплетённые конечности. – Это физически не должно быть возможным.

— Талант, – ответила я серьёзно.

Его ноздри раздулись.

Он распутал нас – терпеливо, методично – и отступил на шаг, проводя рукой по лицу.

— Хорошо. Хорошо. Давай попробуем по-другому. – Он сделал глубокий вдох, словно молился о силах. – Забудь о шагах. Просто двигайся со мной. Не думай. Просто… двигайся.

Мы начали снова.

Я двигалась.

В совершенно противоположную сторону.

Мы столкнулись – грудь к груди – и его руки обхватили меня, чтобы мы оба не упали.

На секунду мы замерли.

Слишком близко. Его тело прижато к моему. Его лицо в дюйме от моего. Дыхание – тёплое, резкое – на моих губах.

Золотые глаза смотрели в мои – широко распахнутые, полные чего-то тёмного, бурлящего.

— Ты, – произнёс он низко, голос дрожал, – издеваешься надо мной. Специально.

Я моргнула невинно – максимально невинно.

— Я?

— Да. Ты.

— Это обидно, – прошептала я. – Я правда стараюсь.

Его челюсть напряглась так, что я услышала скрежет зубов. Руки на моей талии сжались – не больно, но очень, очень красноречиво.

— Кейт, – начал он, и каждое слово было произнесено с леденящим спокойствием, – я обучал танцам десятки придворных дам. Некоторые никогда не танцевали до встречи со мной. Некоторые были настолько неуклюжи, что я был уверен – их проклял кто-то из Зимнего Двора. – Он наклонился ближе, и голос упал до хрипловатого шёпота. – Но НИ ОДНА, слышишь, НИ ОДНА из них не была настолько катастрофически безнадёжна, как ты.

Я прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться.

— Может, я просто особенная?

Его глаза вспыхнули – ярко, опасно.

— Особенная, – повторил он, и голос прозвучал так, будто он пробует слово на вкус. – Да. Это одно из слов, которые я бы использовал.

— Какие ещё? – не удержалась я.

Он смотрел на меня долгую секунду – и что-то в его взгляде изменилось. Стало темнее. Острее.

Опаснее.

— Невозможная, – произнёс он тихо. – Вредная. Издевающаяся. – Пауза. Его взгляд скользнул к моим губам. – Мучительная.

Последнее слово прозвучало почти как признание.

Воздух между нами сгустился – тяжёлый, наэлектризованный.

Его руки всё ещё держали меня за талию. Большие пальцы прочертили маленькие круги по ткани – бессознательно, медленно – и кожа под его прикосновениями вспыхнула.

Я задержала дыхание.

Его взгляд вернулся к моим глазам.

— Ты делаешь это нарочно, – повторил он. – И я знаю почему.

Сердце пропустило удар.

— Почему?

Его губы изогнулись – медленно, хищно – в улыбке, которая обещала возмездие.

— Потому что ты не любишь, когда тебе приказывают. Не любишь чувствовать себя некомпетентной. И тебе нравится выводить меня из себя. – Он наклонился ближе, губы почти коснулись моего уха. – Но игра работает в обе стороны, Кейт.

Его голос был бархатным, тёмным – полон обещания.