Книга Уроки Искушения, или Пылающие Сердца Драконов, страница 73 – Деймон Краш

— Но он же бабник, — прошептала Фейна, и я невольно скосила на неё взгляд.

— Ещё какой, — подтвердила Марго. — Бабник и обольститель. Ходят слухи, что у него уже больше десятка внебрачных детей.

— Да брось, это какая-нибудь отвергнутая драконица выдумала и распустила. Это ж сколько нужно было перебрать женщин, чтобы столько детей заделать?

— Если они человечки, то не так уж много, — хмыкнула Марго. Потом поймала мой взгляд и смущённо опустила глаза. — То есть… Я хотела сказать…

Я отмахнулась. С моих губ тоже порой слетали обидные слова в сторону драконов, но Марго всегда только смеялась над ними и переводила в шутку, чем помогала мне немного расслабиться и ненадолго забыть о своей ненависти к драконам. Я была вынуждена существовать среди них, а для этого пришлось закопать свои чувства как можно глубже. И всё же, порой случались такие моменты, когда различия между нами становились слишком очевидны.

Обе драконицы немного помолачали, смутившись, после чего Фейна склонила голову и спросила:

— Так я не поняла, что же всё-таки между Леей и близнецами Артасами? Я видела, как она танцевала с Рикардом, и он не пустил её сменить пару во время северного вальса. И так страстно к себе прижимал!

Я вспыхнула и прошипела:

— Вы же сами говорите, что он бабник и обольститель. Вот и пристаёт почём зря. Если вы помните, я не отношусь к роду озабоченных драконов, так что он может сколько угодно вокруг бегать, ничего у него не выйдет. И точка.

— А вот он как раз принадлежит к роду озабоченных драконов, — прыснула Марго, а потом вдруг поперхнулась. Глаза её расширились, она закашлялась и, с трудом переведя дыхание, просипела: — А это который из них, кстати?

И указала вниз, туда, где перед амфитеатром расположилась кафедра. А к кафедре как раз подходил статный дракон в мундире офицера полиции.

В этот момент мне показалось, что в нос ударил тот самый аромат. Металл, огонь и тонкий шлейф дорогого табака. Хотя это было невозможно, я не могла почувствовать запах на таком расстоянии, к тому же в помещении, наполненном драконами. Но сомнений не было: скрестив руки на груди, прислонившись спиной к кафедре и наблюдая за адептами, стоял Рикард. Он казался расслабленным, но в его взгляде было что-то странным образом подавляющее: под ним все постепенно затихли, и удар колокола, возвещавший о начале занятия, прозвучал почти в полной тишине.

Время лекции пошло, но Рикард, занявший место преподавателя, не торопился что-либо комментировать. Словно оказавшийся здесь совершенно случайно, он осматривал аудиторию, пару раз бросил взгляд на карманные часы, а потом вдруг подпрыгнул, усаживаясь прямо на кафедру, чем вызвал у нас дружный удивлённый возглас.

— Ну что, дорогие адепты, — сказал он, устроившись поудобнее. — Как вы знаете, в профессорском составе произошли кое-какие изменения из-за того, что некоторые вызвались участвовать в исследовании на Айнару. В частности, профессор Биглз, который должен был сегодня быть здесь, отбыл вчера утром. Так что некоторые из его часов поручили мне.

Я тихо простонала и скатилась ниже по скамье, надеясь скрыться из его поля зрения за сидевшим впереди песчаным драконом.

Прошлым утром, когда мистер Рикард и мисс Лана Ли покинули дом, куратор заставил меня рассказать всё, как есть. Я страшно боялась, что всё это закончится отчислением. Куратор — или мистер Андреас, как он просил его называть, — был куда более строгим поборником закона, чем его брат-близнец, и я ожидала, что он попросту потащит меня в участок для оформления чистосердечного. И даже была готова согласиться на это и на отчисление — при условии, что он обеспечит мне анонимность и возможность незаметно для банды Аркейна покинуть столицу.