Книга Возьму злодейку в добрые руки, страница 34 – Светлана Бернадская

Но Брант подчиняться не хотел. Ни смотреть на нее, ни тем паче разговаривать. Продолжил упрямо лупить по злосчастному клину, пока глаза не стал заливать жгучий пот. Лишь тогда остановился, тяжело опустил молот и вытер рукавом взмокший лоб.

— Ты злишься.

Сказала тихо, без злорадства. А он ощутил во рту привкус соли и горечи. Не хотел смотреть на нее — и в то же время не мог противостоять этому.

И здесь не сила заклятья была виною, нет. Что-то другое.

Он взглянул на нее исподлобья. Едкие слова, одно обиднее другого, немилосердно жгли губы, но так и не сорвались с языка.

Чего она вообще хочет от него?

— Прости. Это не твоя война, ты просто оказался между жерновами. Мне жаль, что так вышло.

«Так вышло». Не-е-ет, не просто «так вышло»! Это было сознательное предательство. В тот момент, когда он просил ее о помощи и радовался, что заручился ее согласием, она просто забавлялась с ним, в мыслях помирая со смеху. И ничуточки ей не жаль.

А он отдал ей все мамины драгоценности.

Взгляд снова сам собой упал на кольцо. Баронесса, ничуть не смутившись, грациозно сложила руки поверх юбки, и осколок лиандита засверкал в солнечных лучах.

— Я все прекрасно понимаю, Брант. У тебя есть причины злиться. Ты просил меня об услуге, а я не выполнила обещание. Тебе кажется, что я обманула тебя, но дело не в тебе, поверь. Я должна была это сделать — это моя месть Амису. Но ты кажешься мне хорошим человеком, а потому я считаю, что в долгу перед тобой. Поэтому я готова выполнить любое другое твое желание, если оно будет мне по силам.

Такого поворота Брант точно не ожидал. В полнейшей растерянности он поднял голову и посмотрел лгунье прямо в глаза.

Лучше бы не смотрел.

«Верни все как было». Вот первое, что пришло ему в голову.

Пусть Холдор убирается в молотильню к Ваалу, вместе со своим войском. Пусть ни в чем не повинные люди освободятся от заклятия, пусть его светлость Амис вернет себе власть, а леди Амелия, леди Мирта и все женщины Малленора вновь окажутся в безопасности.

Он уже раскрыл было рот, чтобы озвучить желание, которое она, разумеется, никогда не исполнит, и вдруг мысленно осекся.

Леди Мирта. Что, если попросить хотя бы за нее? Пусть ведьма избавит ее от проклятия, которое сама же и наложила на еще не рожденное дитя.

И снова заколебался. Леди Мирта одна, но в замке и в его окрестностях есть много других женщин, которые теперь окажутся в неволе и под угрозой насилия. Они уж точно не имеют отношения к давней мести этой ведьмы, так может, потребовать, чтобы она отпустила их всех?

Но куда им деваться? Где и на что они будут жить вместе с детьми, изгнанные из своих домов, оторванные от своих мужчин?

— Не торопись с желанием, — словно угадав его сомнения, мягко сказала леди Орфа. — Обдумай его как следует. И мой тебе совет: не изобретай, как похитрее подловить меня на слове, не выйдет. Лучше пожелай что-нибудь для самого себя. Как придумаешь — найди меня в замке.

Брант недоуменно вскинул брови — она что, издевается? Да он с места сойти не может благодаря ее же заклятию. И кто бы ему вообще позволил бродить по захваченному замку?

Но баронесса уже повернулась к нему спиной и ушла, грациозно лавируя между наваленными на горном уступе кусками мрамора.

Некоторое время Брант стоял столбом, обуреваемый противоречивыми чувствами. Нет, верить он ей не собирался, никогда больше. И никаких желаний ей озвучивать не будет. Да, так будет правильно. И почему эта мысль сразу не пришла ему в голову? Пусть он теперь раб, скованный заклятьем, но человеческую гордость у него никто не способен отнять.