Книга Возьму злодейку в добрые руки, страница 86 – Светлана Бернадская

— Хорошо? — она подняла голову и уставилась на него, закипая от гнева. — Хорошо?! Я потеряла свою родовую силу! Я потеряла то, что было моей сутью, я потеряла всю себя!

— Но ты баронесса, — напомнил он примирительно. — В мире полно обычных людей, которым повезло куда меньше. Да и потом… Леди Мирта теперь — нормальная. И его светлость Амис… он стал совсем другим. Разве твоя сила не стоила того?

Ее прекрасное лицо расплылось в горестной гримасе. Она снова всхлипнула и закрыла его ладонями. Брант осмелился подползти еще ближе и обнял ее со спины.

— Прости, госпожа. Из меня, наверное, никудышный утешитель. Но… Что ж теперь, только и делать, что плакать? Оглянись вокруг. Жизнь продолжается.

— Уходи, Брант, — всхлипнула она. — Уходи. И так было тошно, так тебя еще принесло.

Он обнял ее еще крепче.

— Почему ты ушла? Почему не пускала меня к себе? Что я сделал не так?

Лавандея снова разгневалась — но уж лучше пусть смотрит на него вот так, глазами, полными обиды и гнева, чем рыдает, уткнувшись в ладони.

Брант, мужественно стараясь не кашлять, выдержал ее обвиняющий взгляд.

— Что ты сделал не так? Как насчет того, что ты испортил все мои планы? О чем ты только думал тогда, подняв меч против нехирских солдат? Что тебе удастся устроить кровавую бойню и отбить вот так, у детской спальни, всю армию Холдора?

Брант упрямо засопел.

— Ну не мог же я просто стоять и смотреть, как ребенка силком тащат на эту богомерзкую свадьбу!

— Но я же сказала тебе, что родители Мирты объявят свое несогласие прямо у алтаря!

— А если бы это не помогло? Что, если на храмовников тоже действовало твое водное заклятие?

— Не действовало.

— А что, если Холдор заранее подкупил их? Что, если бы они узаконили брак без согласия родителей невесты?

— Тогда Холдор сам подписал бы себе приговор. Я заговорила кровь Мирты: в тот самый миг, когда Ингит стал бы ее законным супругом, он разделил бы с ней проклятье, и безумие девочки переметнулось бы на него. С его добровольного согласия, заметь! Потеряв разум, он не смог бы подтвердить свой брак на супружеском ложе, и вскоре ландграф отменил бы его как незаконный.

Брант виновато понурил голову и уткнулся лбом ей в плечо.

— Я не знал.

— Ты не знал. Но я просила тебя не мешать!

— Ты могла рассказать мне все сразу.

— А ты мог бы хоть раз поверить мне на слово и сделать все так, как я тебя просила! Но нет, вы, мужчины, не цените красоты и изящества женских задумок, вам лишь резню и кровавое месиво подавай!

— Да не было месива! — Брант ухватился за это оправдание, как за соломинку. — Нехирцы не сразу сообразили, что наши уже не под водным заклятьем, а когда поняли, то было поздно: их-то против малленорцев считай горстка была. Холдор ведь не рассчитывал на настоящую битву, когда сунулся сюда. Так что, угодив в тиски, они сдались как миленькие. Ми скрутили их нежней, чем телят на ярмарке, и каждого сдали под отчет его светлости.

Лавандея, к тайной радости Бранта, наконец перестала всхлипывать и совсем не по-благородному высморкалась в подол мокрого платья.

Он подождал немного, но ответа так и не удостоился.

— Ты не спросишь, что с Холдором?

— Нет. Вот ни капельки не интересно. И вообще, пропадите вы все пропадом. Холдор, Амис, все ваши головорезы. И ты вместе с ними.