Книга Ведьмин рассвет, страница 112 – Екатерина Насута

— Почему не семью? – поинтересовался Лют. – Не говори, что у тебя с финансами плохо…

— Неплохо.

— Тогда почему не семью? Ты бы мог поручить… да тому же управляющему от короны, чтобы он подобрал девочке приемных родителей. Да и раньше… ты бы мог помочь её матери. Не травами, а банально деньгами. Чтобы она уехала куда… куда-нибудь подальше от отца, матери. От людей, которые её боялись и презирали. Чтобы жила нормально. Глядишь, тогда и не ушла бы она так рано.

Надо же. А Лют злится.

Почему?

Я тоже понимаю, что тот, кто сидит напротив, вполне мог бы устроить маме и отъезд, и безбедную тихую жизнь где-нибудь на другом конце империи.

И помочь ей выучиться.

Работу подыскать.

Это ведь не так и много… для того, кто правит народом фэйри.

— Мог, - согласился Брюок, хотя и не сразу. – Она сама не хотела уезжать. Я предлагал. Но она отказалась. Она снова и снова приходила к священному древу и говорила с моим сыном. Она сказала, что однажды они встретятся, там, после жизни. Смешно. Она верила в бессмертную душу, но не верила, что у подобных нам её нет.

Смешно? Ничуть.

— Затем ведьма ушла и отдала тебе свою силу. А сила всегда связана с местом. Ей нужно время, чтобы прижиться. Вот и пришлось…

Но…

Прикусываю губу.

— Что изменилось теперь? – Лют задал вопрос.

— Я. Я изменился. Во снах я слышу шелест листвы. И Священное древо недовольно. Оно говорит мне то, что говоришь ты. И то, что я сам знаю. Оно говорит, что я повел себя недостойно. И что желая наказать деву за её упрямство, которое полагал глупым, я лишил себя чего-то важного. Правда, не могу понять, чего именно. Ты все-таки человек.

Сегодня мне это уже говорили.

Владыка фэйри поднялся.

— Я думал. Много.

Радость-то какая… и наверное, что-то такое видно по моему лицу.

— Я не отказываюсь от долга, дева рода человеческого…

Он сунул пальцы в волосы и, подцепив что-то в них, потянул. А на стол лег, развернувшись, лист. Темно-красный, дубовый.

— Вот, - сказал Владыка. – Когда будет нужда, сожгли. Или сломай. Или просто позови.

И поднялся.

А провожать его я не стала. Обойдется.

Глава 26

Лют вернулся, когда я все еще сидела, разглядывая лист и не решаясь к нему прикоснуться.

— Ты в порядке?

— Как сказать… наверное, да. Ничего ведь нового он не сказал.

А я не услышала.

— Мог бы и соврать, - проворчала я.

— Они не любят лгать. Недоговаривать могут. Часто и недоговаривают.

— Зачем он вообще приезжал?

— Чтобы совесть успокоить. Главное, не бери в голову. Они очень своеобразны. По сравнению со своими соплеменниками Брюок образец спокойствия и сдержанности, не говоря уже о мудрости. Он не убил твою мать. Не вырезал все поселение…

— Просто гадил по мелочам.

— Отводил душу, - поправил Лют. – И не мог иначе. Его свои бы не поняли, откажись он вовсе от мести. Точнее воздаяния.

Вот как-то не тянет на воздаяние мор, на пчел насланный. И падеж скота. И вообще… почему они, если уж полагали виноватым моего деда, не убили его?

Я так и сказала. Точнее спросила.

— Сложно сказать… даже если спросить, тебе не ответят. Скорее всего дело в имперском наблюдателе… твой дед… с другой стороны. Он был священником, соответственно, за ним стояла Церковь, а даже Император старается не конфликтовать с нею. Добавь общину староверов, отношения с ними и сейчас непростые… плюс отсутствие прямых доказательств вины…