Книга Любовь на кафедре, страница 3 – Дженнифер Смит

— Дружески беседуете? С Девоном и… — Он рассеянно махнул на Керри и Аду. Господи, он даже имен их не помнил! — Двумя другими из моей группы.

— Да, — бодро подтвердила она. — А вы шли к себе? Я загляну к вам поговорить, когда закончу свои дела.

Услышав столь недвусмысленный намек, что ему пора убираться, Рис перевел внимание со студентов на нее и прищурил карие глаза. Его аккуратно причесанные темно-каштановые волосы были коротко пострижены на висках и мягкой волной ниспадали на лоб; волевой подбородок напрягся, когда их взгляды встретились. Лила не отвела глаз, хотя у нее заболела шея оттого, что приходилось смотреть на него снизу вверх. Он был во всех отношениях больше ее: и плечи у него были шире, и ноги толще, и руки здоровенные и сильные — он, наверное, запросто крошил пальцами грецкие орехи.

Рис Обри, видимо, привык, что последнее слово остается за ним и люди идут на попятный, если долго сверлить их взглядом. Но сейчас он был на ее территории, и она чувствовала свое преимущество в этой игре в гляделки.

Она досчитала до пяти. У нее заныли скулы.

— Хорошо. Буду ждать вас в своем кабинете, мисс Картрайт.

Бросив безразличный взгляд на студентов, Рис вышел за дверь, двигаясь весьма грациозно для такого здоровяка.

Лила ощерилась. Ну и ослина! Ей, конечно, и прежде приходилось иметь с ним дело, но вскользь и в нейтральной обстановке. Сейчас же он даже не пытался скрыть самодовольное пренебрежение, что прежде маскировалось вежливой гримасой. Неужели тщеславие настолько его ослепило, что он утратил остатки человечности?

А вдруг он и не человек вовсе? Может, он из расы скользких жаболюдей, у которых эмпатия развивается только к сорока годам. Как знать.

Между студентами тем временем, кажется, происходило телепатическое общение.

— Нам не нужны неприятности, — сказала Ада, — но так больше продолжаться не может.

— Даже не думайте, что у меня или у вас будут неприятности. Уверяю, вам ничего не грозит, — успокоила их Лила, садясь на место.

Если студенты решат подать на Риса официальную жалобу, она не сможет им помешать. Хотя, возможно, Рис просто не успел выпить кофе перед утренним семинаром и недобрал сахара. Недостаток сахара вызывает раздражительность.

— Мы хотим семинары с супервизией. Я больше не приду на его занятие, если мне придется остаться с ним один на один! — Подбородок Керри слегка подрагивал.

— Настоятельно посоветую Рису на это согласиться. — Лила протянула ребятам банку с печеньем.

— Спасибо, — ответил Девон. — Вы говорили про какой-то обучающий курс?

Да, курс «Как не быть полным придурком». Именно такой Рису подойдет.

— Да, Девон, конечно. Я поговорю с Рисом и обязательно вам напишу, идет?

Они закивали и заулыбались — любо-дорого смотреть. Лила любила, когда все хорошо заканчивалось.

Студенты пошли к выходу, но Ада повернулась к ней с озорной улыбкой:

— Знаете, когда кто-то смотрит на вас дольше трех секунд, это значит, он или любит вас, или ненавидит.

Лила рассмеялась:

— Думаю, гадать тут нечего. Определенно ненависть.

— Как сказать. — Ада пожала плечами. — Все может быть.

Ничего не может быть. С Рисом Обри возможна только ненависть. Да, у него аппетитный подтянутый зад — и что с того? Что с того, что его валлийский акцент пробирает до косточек? Что с того, что она много раз воображала, как закусит его пухлую нижнюю губу…