Книга У врага за пазухой, страница 90 – Мария Коваленко

Вовремя. Федор как раз успевает подбежать к машине.

— Номер тачки! — сует бумажку мне в руки. — Бабка с первого этажа видела, как увели Киру Игоревну. Она успела срисовать номер.

— Стас в курсе? — Чувствую, как ускоряется пульс.

— Да, он уже дал задание своим в дорожной службе. К сожалению, быстро отыскать не получится. Мы не знаем, в каком направлении повезли Киру Игоревну. Надеюсь, фартанет.

— В задницу этот фарт!

Я достаю из бардачка старую бумажную карту дорог. Она со мной уже лет десять. Надежнее любого навигатора или самой лучшей памяти.

— Псков? — Федор, похоже, понимает, куда я смотрю.

— Скажи Стасу, чтобы его люди проверили камеры в Псковском направлении! Прямо сейчас!

Идея безумная. Возможно, этим приказом я собью парней с поиска и подпишу Кире смертный приговор. Шанс на то, что за похищением стоит младший Буровой, примерно равен нулю. Но если выгорит…

— Есть! — Федор показывает большой палец. — Час назад. Поворот на Псков! Они засекли их.

Он на миг отводит от уха телефон. Вижу в глазах сотню вопросов.

— У Буровой дом под Псковом. Там же старые гаражи и склады ее бывшего мужа. Если подражатель сын, то он повез ее туда. — Киваю Феде, чтобы садился в свою машину. — Погнали!

Кира

— Кто еще знает о твоем маленьком открытии? — в третий раз за последние двадцать минут спрашивает Буровая.

— Их вы тоже привезете сюда? Общаться! — Тяну время, как могу. Понимаю, что если расскажу про Ломоносова, подпишу приговор нам обоим. Цацкаться потом никто не станет.

— Возможно, привезем. Возможно, нет. Все зависит от того, что именно ты рассказала.

— Мне сейчас сложно вспомнить подробности. Слово в слово точно не повторю. — Изображая сухость, я облизываю губы. — А воды можно?

— Ты пила совсем недавно! — Сын Буровой начинает заводиться.

— Вы мне лишь глоток разрешили сделать.

— Думаешь, я не врубаюсь, что ты умышленно затягиваешь с ответами?! То в сортир надо, то воды, то склероз! — Он бросает мне открытую бутылку.

Часть воды проливается в полете на бетонный пол. Другая часть — холодными брызгами разливается по ногам.

Пить нечего.

— Зачем затягивать? — жму плечами. — Меня никто не ищет. Муж наверняка развлекается с племянницей. Мама отдыхает с новым ухажером. А на работе по графику выходной. Можете позвонить и проверить.

— Как же Вольский? — вклинивается в спор мамаша. — Мне показалось, у вас очень доверительные отношения. Любовные!

— Вы наблюдательны. Только наши отношения в прошлом. Я ушла от Ярослава.

— А он взял и просто так отпустил? — цокает языком Галина Петровна.

— Он узнал, кто мои родители. Я скрывала, но Ярослав догадался.

Чувствую себя Шахерезадой. Она, чтобы сберечь жизнь, рассказывала сказки кровожадному султану. А я с той же целью изливаю душу преступникам.

— Как печально! — Галина Петровна, кряхтя, поднимается с кресла и передает мне воду. — Такая красивая пара и такая драма!

— А как ты объяснишь охрану под твоим окном? Вольскому настольно похер, что он организовал слежку? — зло сплевывает на пол Буровой.

— Ему нужны мои статьи. Ваш отец уже, наверное, в Питере. Без статей никто не узнает о его приезде.

— Кроме статей ему, значит, ничего больше не нужно? — слащаво улыбается мадам Добродетель. — Может, информация из этой коробки? — Взглядом указывает на документы Бухгалтера.