Онлайн книга «След на мокром асфальте»
|
— Ты снова о том, что Тихоновы сами у себя машину угнали? Так, допустим. Ключи были у мужа… — Ключей было два комплекта, – доложил Акимов и тотчас скороговоркой поправился: – Это не в тот же день выяснилось, лишь когда Тихонов пришел за машиной. — Точнее сказать, сразу ты не выяснил. Далее. — Машина, сходная по описанию с пропажей, совершила наезд на Пожарского, при этом за рулем была женщина, одетая так же, как Тихонова в тот день. И Тихонов, и Золотницкий дают явно ложные показания, вводя в заблуждение относительно характеристик машины… — Осади, – приказал Сорокин, – я прошу факты, причем именно по угону, а не наезду и прочим заговорам. — Полис, финансовая заинтересованность. — Так, допустим, полис и напряженка с деньгами. Кстати, кто установил напряженку? — Остапчук, частным порядком, – с болью признал Сергей. — Великолепно. Иными словами, из доказательств – один-единственный полис? — А как же… — Ты имеешь в виду показания Маслова и перекупщицы. Ну так общение с каким-то человеком, пусть и наедине, само по себе ни о чем не говорит, голословное заявление осведомительницы для суда никакое не свидетельство… — Почему? — Потому что, во‐первых, как запахнет жареным, она легко отречется от своих слов, во‐вторых, даже пусть не отрекается – умный адвокат немедленно обратит внимание суда на личность свидетельницы, по которой тюрьма плачет. Маслов – мальчишка, тоже так себе очевидец. Парируйте… Акимов понимал, что все, тупик, но продолжал топорщиться уже из чистого упрямства: — Если все-таки предположить ложный угон? Если представить, что… — Представить, поставить и переставить, – прервал капитан. – А еще лучше – немедленно прекратить и отправляться по своим делам. Плана расследования я все еще не вижу. Слушайте, товарищ лейтенант! Вы, по сути, только что оклеветали ни в чем не повинного, заслуженного, и без того судьбой обиженного человека. — Как же… — А в чем повинен он? – прищурился Сорокин. – Денег нет – у кого они есть? Машину застраховал? Для этого Госстрах и существует. Где конкретные доказательства вины Тихонова и Тихоновой? Где, я спрашиваю? Нет и нет. Вы тут Львом Шейниным распинаетесь, хитросплетения и психологию разводите, а версии надо на фактах строить, на фактах и… — Доказательствах, – угрюмо закончил Акимов. — Вот и прекращайте подгонять реальность под свои капризы! Все доступно? Акимов встал, щелкнул каблуками: — Так точно! Разрешите идти? — Идите. Да поскорее. – И Сорокин вернулся к уразумению какого-то важного и непонятного документа. Акимов вернулся в пустой кабинет. Саныч, чувствуя, что вот-вот запахнет жареным, уже усвистал по чему-то в очередной раз «определиться». Сергей постоял какое-то время у распахнутого окна, подышал – хорошо там, за окном, солнечно. Вон, мокрый след там, где стояла «Победа», испаряется прямо на глазах – точь-в-точь как его собственная, Акимовская, уверенность в собственном уме и опыте. Выволочка получилась отменная – так скоро получить за возношение над ближним, пусть и над глупым мальчишкой, не удавалось ни разу. Капитан Сорокин, оставшись один, какое-то время продолжал машинально «изучать» результаты клинического анализа крови пострадавшего И. П. Пожарского (в которых не было и следа этилового спирта), потом, отложив, бесшумно рассмеялся. «Как тебе жить-то: не скучно, Николаич? Ох, пора бы уже, пора на покой. Рыбу ловить. Только вот на кого весь этот детский сад оставить?» |