Онлайн книга «Самый приметный убийца»
|
— Лиза, – трусливо призналась Светка. — Что за Лиза? – осторожно осведомился Колька. — Чайка. — Чайка, – повторила Оля. – Это что, фамилия такая? Светка на минутку задумалась, но потом глянула с удивлением: — Оля, неужели ты не знаешь, кто это? — Я-то знаю, – осторожно призналась Оля, – но не совсем уверена… — Как же так. Она же пионер-герой, Герой Советского Союза! – с укором напомнила Светка. – Организовывала отряд, била фашистов! Неужели не знаешь! — Та Лиза, которую знаю я, была расстреляна фашистами в ноябре сорок первого, – заметила Ольга. — Ну, значит, это другая, – без тени сомнения заявила Светка, и в ее голоске даже послышалось превосходство: вот – взрослая комсомолка, а я и то больше знаю. – Чайка – это, может, подпольная кличка! Она хорошая! Она говорила почти как ты, только прямо: бдительность должна же быть – должна. А мы… Она же партизан, она видит, что после войны все бдительность утратили, занимаются своими делами, а на оборону плюют. Взрослым что, взрослым некогда! А коли война будет, то нам придется, а мы не готовы. Да. Ну, учит нас многому… — Чему, например? – прищурился Санька. – Людей травить? — Врагов, – поправила Светка. – Он хоть и хороший, дядя Коля, а все равно… и, вообще, не то. Она объясняла, как ты, Санька, что плохо, когда у одних много всего, а у других – ничего, – охотно пояснила девчонка. Санька порозовел, но ничего не сказал. — Сковородки-простынки к чему? – напрямую спросил Колька. Светка насупилась, глядя в угол: — Ну не получилось у нас с Настькой… это же не хлеб тырить, не выходит у меня, вот и того… – Как бы спохватившись, Светка задрала нос: – А что – «к чему»? Вот и к тому! Зачем нам две сковородки, если и одной хватит! — Ну так отдала бы тому, у кого ни одной! – взвился Санька с явным облегчением. – Чего на рынок тащить? — Как же, Санька, ты же сам говорил… — Мало ли что я говорил! — Вот и Лиза тоже говорила, – охотно пояснила Светка, – на образование, на покупку книжек, на подписку. А подкопим денег с вражеских сковородок – купим пишущую машинку… — Зачем? — Ну как же? Печатать воззвания! – пояснила девчонка как несмышленышам. — Так это вы эти глупые листки лепили? – вытаращился названый брат. — Ничего и не глупые. Сам такой! Тренировка же. А то будут настоящие, а клеить никто не умеет, а листовки денег стоят, и клейстер… — Ой, ой, ой, – только и простонала Оля. — Ну, а дрова что? – припомнил Санька незаслуженную обиду. – Зачем дрова минировали? — Это простите, – прямо повинилась Светка, – тут я сама, и виновата тоже я. А чего эта бабка крапивой по ногам?! — А зачем чужую смородину жрать? – крикнул Санька. — Ах, чужую, – со значением протянул Колька, и снова Санька увял. — Проехали, – решительно, хотя и угрюмо заявил он и снова обратился к сестре: — И что, петарду тоже тебе эта Лиза дала? — Не, – Светка снова помотала головой. – Лиза сама говорила, что надо проявлять эту, как ее… смекалку! Ну, я и подумала: вот, кулачка, как раз для этого… про новые формы пролетарской борьбы. Ну и петарду сама нашла, в кладовочке… — Что за кладовочка? — А которая в голубятне, в подполе, на первом этаже. Колька обменялся с Олей быстрым взглядом, та чуть заметно кивнула. — Вот что, Светик, а как Лиза ваша Чайка выглядит? – спросил Николай. |