Онлайн книга «Роковой подарок»
|
— Вот он молодец, твой Макс. — Да, да! – воскликнула Женя. – Я у него спрашиваю, зачем ты связался? А он мне отвечает, как же иначе, я не могу сына подвести. Сын должен знать, что если можно помочь, значит, нужно помочь, и неважно кому, человеку ли, собаке!.. Там есть ещё? Налей мне. Маня вылила в стакан остатки виски и тихонько велела Рите нести энтеросгель. Женя выпила и заговорила снова: — А на работе! Всех опекал! Кому операции, кому учёбу оплатить! Он считал, что должен, понимаешь? Если ему повезло в жизни, значит, он должен другим помогать. Только ничего ему не везло! Он сам всё заработал, сам!.. Ну, и я помогала. Как могла. Она помолчала немного, поднялась с качалки и стала ходить по террасе – не слишком уверенно. Маня пристроилась рядом и время от времени поддерживала её под локоть. — На прошлой неделе фильм смотрели. Какую-то ерунду полную! Я хорошие фильмы люблю, а он лишь бы комедия!.. Мог их по сто раз смотреть, а хохотал всё время как в первый! Тут Женя остановилась, посмотрела на Маню и спросила: — Зачем его убили? За что? И зарыдала бурно, навзрыд. Маня обняла её, прижала к себе. Женя вся сотрясалась, словно её било током, и была горячей, температурной. Подскочила Рита, стала совать к губам стакан с водой, но Женя рыдала так, что никакая вода не могла бы помочь. — Мама? – На террасу вбежал Федя, за ним вошла громадная собака. Женя кинулась к сыну, они обнялись, и он стал качать мать из сторону в сторону, а она всё рыдала и рыдала. — Слава те господи, – провсхлипывала рядом Рита. – Хоть слёзы пришли, а то беда прямо… — Федя, – сказала Маня тихонько, – пристройтесь вон на диванчик. Посидите вместе. Через десять минут Женя крепко спала, привалившись головой к плечу сына. Тот боялся пошевелиться. — Она не проснётся, – вяло сказала Маня. – Ей нужно набраться сил. — Как вы догадались, что нужно сделать?… — Анна Иосифовна догадалась, – возразила Маня, и парень посмотрел на неё с изумлением. – Не я. Да и какая это помощь!.. Помочь ничем нельзя. — Да всё лучше, чем она истуканом каменным сидела, – вставила Рита. – Может, тебе кофе сварить? Или обедать подать? Ты ж не завтракала, дочка!.. — Я соврала, – призналась Маня, с трудом шевеля губами. У неё тоже совершено не было сил, все кончились. – А где Маша? — С утра на реку ушла, не появлялась. А что? Найти? — А Паша? — Какой Паша? – переспросил Федя. – Садовник?… Маня кивнула. — Так он тогда убежал, больше и не прибегал, – осторожно сказала Рита. – А он-то чего?… — Мне нужно поговорить с Машей. Она на пристань ушла?… — А может, и в лес. Она у нас подолгу гуляет. Сейчас-то особенно. Тяжко ей дома. — Она придёт, и вы поговорите, – подытожил Федя. – Может, вы тоже приляжете? У вас… усталый вид. — Я лучше на улице посижу, – сказала Маня и с трудом поднялась. Колено, про которое она совсем позабыла, болело невыносимо. — Я тебе туда кофейку принесу, – заспешила Рита. – Федя, проводи Марию!.. — Я сама дойду, – возразила Маня. – Лучше, чтоб с Женей всё время кто-нибудь был. Вдруг она всё-таки проснётся. Писательница добрела до лужайки, на которой по-прежнему стояла уютная садовая мебель, и шмель по-прежнему гудел в сирени, и на белых подушках по-прежнему танцевала резная тень от листьев каштана. Маня плюхнулась на диван, вытянула ногу и заплакала – от бессилия, от боли, от сочувствия и жалости. |