Книга Роковой подарок, страница 47 – Татьяна Устинова

— Лёля! – закричала она с крыльца и затопала ногами, отряхивая с кроссовок чёрную жирную землю. – Лёлик, выходи, смотри, что мы привезли!

— На терраску ставить или куда? – спросил дядя Николай.

— Да, да. – Маня стащила кроссовки и вбежала в дом. Волька кинулся ей навстречу и запрыгал, как бочка.

— Здорово, здорово, смиренный аббат, получше меня ты живёшь, говорят! – Маня подхватила пса под передние лапы и потрясла – такой у них был ритуал. – Лёля! Ты где?!

Подруга не отзывалась, и Маня решила, что она отправилась в сельпо или на ферму в Дорино.

Вдвоём с дядей Николаем они перетаскали горшочки, Маня выдала купюру.

Дядя Николай купюру принял и спрятал в карман.

— Ты мне в другой раз, дочка, деньгу не суй, а купи лучше водочки, – попросил он, конфузясь. – И хлебца с колбаской. У нас в сельпо незнамо какой торгуют и дорого берут! А ты в городе бываешь!

Маня выругала себя, что сама не сообразила такой простой штуки и пообещала непременно привезти «хлебца и водочки».

«Нива» зафырчала, загремела прицепом и уехала. Маня походила по террасе туда-сюда вдоль длинных рядов своих сокровищ. Потом разыскала в сарае лопату и грабли, обулась в резиновые боты и принялась вскапывать клумбу перед домом.

— Видела бы меня сейчас Анна Иосифовна, – пыхтя, сказала она Вольке, – вот бы мне влетело! Считается, что я роман пишу. И ещё считается, что скоро допишу! Прикинь?…

Волька посмотрел укоризненно, влез в клумбу и принялся рыть ямку. Земля летела в разные стороны. Маня сначала веселилась, а потом пса прогнала.

Лёля всё не возвращалась.

Маня дошла до конца, разровняла землю граблями, распрямила уставшую спину и посмотрела по сторонам.

И вдруг сообразила, что день почти прошёл, дымчатое вечернее солнце висит уже низко, между берёзами.

Маня забеспокоилась, обошла дом и посмотрела: велосипед был на месте.

Выходит, Лёля пешком ушла?… И куда? И когда?

Нужно позвонить. Маня вытащила телефон и нажала кнопку. В трубке бодро загудело и что-то такое послышалось. Она навострила уши и пошла на звук.

Лёлин телефон исправно звонил на подоконнике.

Маня подошла и уставилась на него.

Выходит, ушла пешком и без телефона?!

Или… что-то случилось?

Телефон всё заливался, и Маня наконец сообразила нажать отбой.

— Лёля, – грозно и громко сказала она. – Где ты есть? Ты что, спряталась?

И побежала в комнату подруги.

Там всё было в полном порядке – кровать аккуратно накрыта лоскутным суздальским одеялом, на столе ноутбук и какая-то книжка, на старинном трельяже кремы и женские штучки.

И никого.

Маня заглянула в свою комнату – и там никого, – посмотрела на печке, на лежанке, словно Лёля могла там затаиться, распахнула дверь в «хозяйственную», где были газовый котёл, насосы и фильтры.

Но среди фильтров и насосов Лёли не было тоже…

Зачем-то Маня помчалась в сарай, поминутно выкликая подругу, а потом выскочила за ворота.

Улица была пуста.

— Волька, что случилось? – спросила Маня с ужасом. – Где Лёлик? Ты видел, куда она ушла? И зачем?

Пёс смотрел на неё встревоженно, ему всегда передавалось настроение хозяйки.

— Волька, ничего не случилось, пока меня не было? Ну, отвечай!

Пёс повилял обрубком хвоста.

Маня вернулась в дом, раскопала сетчатый рюкзачок с круглым днищем, приспособление для перевозки собак, запихала в него Вольку и повесила себе на грудь. Нацепила кроссовки и выкатила велосипед.