Книга Между двух войн, страница 148 – Геннадий Сорокин

Пока Воронов и Жукотский беседовали на кухне, Сивоконь и Стойко заехали на «Москвиче» во дворы слева от райисполкома. Сивоконь вышел из машины, из телефона-автомата набрал номер телефона Жукотского. Еще в самом начале операции Сивоконь решил, что воспользуется домашним телефоном Жукотского один-единственный раз, непосредственно перед тем, как войти к нему в квартиру. «Лишний звонок может насторожить клиента».

Трубку поднял Жукотский:

— Алло! Нет, здесь такие не живут.

— Кто это был? – заподозрил неладное Воронов.

— Ошиблись адресом. Спрашивали какого-то Ивана Сергеевича.

Воронов и Жукотский затушили сигареты, прошли в гостиную. Пистолет как был у Виктора в руках, так и остался. Хозяин не спешил привыкать к оружию.

«Москвич» остановился напротив подъезда Жукотского. Стойко пересел за руль. Юрий заметил, как у него мелко подрагивают руки.

— Ты только штаны не обмочи, пока я ходить буду! – с нескрываемым презрением сказал Сивоконь. – Запоминай! Без меня ничего не предпринимать. Когда я вернусь с Жукотским, мы сядем на заднее сиденье. Я скажу: «Поехали в отдел». Ты, ни слова не говоря, вырулишь на трассу и поедешь в поселок. В доме к визиту гостя все готово? Сиди, жди меня!

Сивоконь поднялся на площадку перед квартирой Жукотского, поднес руку к звонку и замер, не веря своим глазам. Его рука дрожала так же, как у Стойко.

«Успокойся! – скомандовал себе Юрий. – Вдохни глубоко и медленно выдохни. Приди в себя! Ты готовился к этому моменту всю жизнь и сейчас не можешь сплоховать. Жукотский не должен ничего заподозрить. Ну!»

Сивоконь проверил за поясом форменных брюк пистолет, одернул плащ.

— Господи, благослови! – тихо попросил Юрий. – Не дай пропасть ни за грош!

Дверной звонок раздался неожиданно. Жукотский вздрогнул, беспомощно посмотрел на Воронова.

— Я никого не жду, – испуганно прошептал он.

— Открывайте дверь, – вполголоса приказал Виктор.

Воронов остался в гостиной. Жукотский прошел к двери. Щелкнул замок. В квартиру вошел незнакомец и властно сказал:

— Гражданин Жукотский Андрей Павлович? Я – капитан милиции Абрамов. Собирайтесь! Вам необходимо проехать со мной для выяснения обстоятельств.

Воронов узнал голос львовского «журналиста».

«Ну вот и встретились, Рошфор!» – подумал он.

Эта мысль была единственным проявлением воли и сознания Воронова. Все остальные его действия были безотчетными и происходили сами по себе, словно Виктор не раз репетировал свой выход к врагу и довел каждое свое движение до автоматизма. С нехорошей ухмылочкой, с пистолетом в руке он вышел в межкомнатный дверной проем и воскликнул:

— А-а-а! Сивоконь! Сам пришел!

Нервы у Юрия сдали. В измученном тревогой мозгу Сивоконя окислительные процессы пошли с бешеной скоростью. Нейроны вскипели, производительность мышления достигла пределов, установленных природой. За доли секунды он не только оценил обстановку, но еще и узнал в кудрявом мужчине с пистолетом незнакомца, стоявшего с его матерью в одной очереди на посадку в Львовском аэропорту.

Пистолет у приятеля Жукотского был чудовищных размеров. Сивоконю показалось, что ствол у пистолета был длиной сантиметров сорок. Не пистолет, а какая-то ручная пушка! С одного выстрела на куски разнесет.

«Это засада! – понял Сивоконь. – Человек с пистолетом охотился за мной. Сейчас он убьет меня. Как пить дать пристрелит!»