Книга Поймите меня правильно, страница 85 – Питер Чейни

Он отвечает, что из дома. Прошу его еще некоторое время поторчать у телефона. Возможно, я ему позвоню, поскольку у меня на задворках сознания маячит одна забавная идейка.

Закуриваю и снова ложусь. Итак, мои недавние догадки подтвердились на сто процентов. В это логово Армин-Лодж приезжал не кто иной, как Тони Скалла, и приезжал он забрать Жоржетту. Возможно, я эту цыпочку больше не увижу.

Представьте, такой расклад меня огорчает. Я бы отдал годовое жалованье, чтобы увидеть эту очаровательную глазастую чертовку (можете добавить своих эпитетов) за тюремной решеткой.

Почему? Да потому, что она поступила со мной, как прожженная стриптизерша поступает с провинциальным мальчуганом, впервые приехавшим в большой город со своей фермы.

Правда, провинциальному парню что-то может и перепасть в этой игре.

Почти четыре часа утра, а я все лежу и думаю.

И вырисовывается у меня невеселая перспектива. Остается лишь послать через посольство шифрованную телеграмму директору ФБР, признаться, что я наломал дров и вконец запутался, а потому прошу указаний.

Я примерно знаю, какой ответ получу. Мне посоветуют продолжать начатое и ждать, пока дуэт Фернанды и Жоржетты не объявит сумму за возврат формулы Джеймисона-Грирсона и в какой валюте они желают эти деньги получить. Возможно, в китайской или сиамской.

Я также догадываюсь, что эти малышки затребуют деньги вперед, а у нас не будет никаких гарантий, что после этого мы получим злосчастную формулу. Такой расклад мне тоже очень не нравится.

А когда дамочки получат деньги, они начнут шиковать. Главное, годика два держаться подальше от Англии и Штатов, пока шумиха не уляжется. Потом можно будет развернуться по полной. Представляю, сколько шуб и модных платьев напокупают Жоржетта с Фернандой. Хватит на пару дюжин магазинов.

До чего же мне хочется показать этим самоуверенным цыпочкам другую сторону жизни! Встаю и иду за сигаретой. Обычно я следую своему девизу: «Сомневаешься – не делай». Однако бывают случаи вроде нынешнего, когда возникает необходимость сменить девиз на другой: «Сомневаешься – действуй».

Иду к телефону и звоню Саю Хинксу:

— Послушай, Сай. Ты, наверное, знаешь предостаточно парней в городе, которые предпочитают не светиться. В первую очередь речь об американских парнях, которые по причинам, известным только им, даже не мечтают вернуться в Штаты. По роду своей деятельности ты должен знать таких ребят.

— Еще бы мне не знать, – зевает в трубку он. – Знаю тех, кто улизнул из Штатов, где им грозило обвинение в убийстве. Знаю двух грабителей банков, нескольких брачных аферистов и двоеженцев, а также с полдюжины неотразимых фальшивомонетчиков. А еще – целую кучу честнейших парней, которые без колебаний украдут у слепого последний грош.

— Отлично. Сай, ты парень серьезный и, когда захочешь, умеешь держать язык за зубами.

— Конечно. Умею молчать, как могила. Есть такие вещи, о которых я не заговорю даже во сне…

— Прекрасно. В таком случае надевай шляпу и дуй ко мне. Нам с тобой предстоит серьезная работенка.

Он соглашается и выражает робкую надежду, что в будущем году наконец-то сумеет выспаться.

Иду к столу и наливаю себе еще одну маленькую порцию. Вновь думаю о Жоржетте и ее миленькой улыбке, когда она держала меня на мушке.