Книга 8 жизней госпожи Мук, страница 76 – Миринэ Ли

— Не многим смертникам дается такой последний шанс, правда? — пробормотала она с тонкой улыбкой.

Она понимала, что завтра умрет, но осознание того, что она продолжит существовать, пусть даже в виде личины для другого человека, ее успокаивало. Опосредованное счастье, странное, как сама жизнь.

— В каком-то смысле мы обе дарим друг другу новую жизнь, да? — спросила Сон Ми. По ее улыбающемуся лицу побежали слезы.

Они попрощались.

Когда Ми Хи выходила из камеры, Сон Ми окликнула ее. Сказала, что забыла сказать кое-что важное.

Она схватила Ми Хи за плечи и прошептала на ухо:

— Если будете переходить еще не замерзшую Ялу, сначала полностью разденьтесь.

Ми Хи смотрела, как уводят Сон Ми.

Ее слова напомнили Ми Хи о матери.

Мама, ее кумир. Это из-за нее Ми Хи выбрала профессию — ей же наперекор. Но, как гласит странная корейская поговорка, «ни одному родителю не победить своего ребенка». Со временем это признала и мама. С тех пор она стала строгой учительницей.

Однажды она рассказала Ми Хи, что при выполнении прошлых заданий ей пришлось перейти немало рек.

— Ялу, Туманную, даже Имджинган, — сказал она. — На мне тогда ставили эксперименты.

Мама была не обычным агентом из элитной школы, поэтому ее для проверки посылали на самые грязные, подлые, опасные задания. Бросали в воду и смотрели, выплывает ли.

Она учила Ми Хи сносить все.

— Первое задание важнее всего, — подчеркнула мама. — Только когда я проявила себя в нескольких испытаниях, мне дали надежное прикрытие в качестве предпринимательницы.

Но перед тем как облачиться в сияющие доспехи предпринимательницы, мать носила цветок в волосах и разыгрывала тронутую сироту. Прикидываясь бродяжкой, она втайне собирала данные об американской военной базе в южнокорейском Пхаджу. Сон Ми казалось, что немая юродивая — ужасная роль, но мама ответила, что это был умный и убедительный образ. После войны в каждом южнокорейском селе осталась своя осиротевшая дурочка. Из-за их скорби они считались все равно что слепыми. Никто не воспринимал ее, несчастную и отрешенную, настоящей угрозой. Поэтому она пользовалась странной свободой.

Как и Сон Ми, мама сказала, что нужно раздеваться перед тем, как переплывать реку:

— Особенно Ялу. По ночам, даже летом, вода там холодная, как сама смерть. Не стоит умирать от переохлаждения раньше, чем хотя бы одним глазком посмотришь на внешний мир, — улыбнулась она.

Ми Хи предстояло сделать выбор между двумя жизнями: Чхоля и Сон Ми.

Но он с самого начала казался слишком простым. Сон Ми — какие могут быть сомнения? И тогда она снова задумалась: а что, если все это — испытание? Она знала, что новеньким редко дается право выбора. Это преимущество той, у кого легендарная приемная мать? Или им интересно, насколько она готова рискнуть?

Она образцовая конформистка? Или дерзкая авантюристка?

В их странном ремесле всегда было непросто докопаться до истины.

РУССО

Ее небрежное отношение к Эме Аделю. Однажды оно и покоробило мое сердце, и покорило его.

Я дивился простой смелости Сон Ми, тому, что она не подчинялась общественному мнению. Я завидовал ее уверенности. Я, наоборот, все детство и юность провел в страхе перед тем, каким меня видят другие.

Но это начинало и раздражать — легкость, с которой она отмахивалась от чужого мнения.