Книга Леди и повеса, страница 60 – Лоретта Чейз

Боль была облегчением для творившегося у него в голове кавардака.

Он подошел так близко, так близко.

Еще минута – и он бы ее изнасиловал. А потом… потом…

Даже думать невыносимо.

Все-таки эта картина предстала перед его мысленным взором: торопливая пробежка к алтарю (все знают почему). Не было бы иной причины, чтобы леди Шарлотта Хэйвард внезапно стала женой младшего и самого неспособного сына лорда Харгейта, чье единственное состояние представляет собой обветшалый дом, который разваливается на глазах.

В таком случае не оставалось бы иного выхода, кроме женитьбы, от чего не отвертелся бы даже Дариус. Неважно, какими несправедливыми и нелогичными он считает правила высшего света, ему их не изменить. Джентльмены должны жениться на девственницах. Если нет, то их ждет либо вечный позор, либо тихие страдания. А еще не ему изменить закон природы, распорядившейся дать женщине функцию рожать детей.

Кем бы еще он ни был, он прежде всего джентльмен, понимающий, что лишить ее девственности, а потом бросить, – совершенно недопустимо.

Ему придется на ней жениться, что, следовательно, означает, что отец станет рассматривать Дариуса Карсингтона как распутного охотника за приданым.

Следовательно, отец станет воспринимать его как беспринципного неумеху. Дариус, казалось, слышал презрительный голос отца: «Ты решил, что будет легче соблазнить невинную девушку и жить за ее счет. Понимаю».

Братья станут презирать. Мама разуверится в нем. Бабушка будет вне себя от отвращения.

А женщина, которой придется выйти за него замуж, конечно же, возненавидит его до гробовой доски за то, что он исковеркал ей жизнь.

— Гм. – Он вцепился себе в волосы. – Гм. Нет. Не думай об этом. Просто… хватит. Ничего не было. И быть не могло.

Чтобы отогнать кошмар, он открыл глаза и оглянулся по сторонам.

Все сверкает чистотой и белизной.

Он вздохнул. Коровник… прекрасен.

Не просто в идеальном порядке, но и организован как надо. Если она не нашла там радикальных изъянов, то там наверняка все тоже… замечательно.

— Черт бы меня побрал, – пробормотал он.

Если бы он спокойно и беспристрастно ее выслушал, ситуация не сделалась бы чересчур эмоциональной, и он не действовал бы по накатанной.

В конечном итоге она дочь лорда Литби. Разве не она ему сказала, что ее отец цитирует его работы? Несомненно, лорд Литби передал свое увлечение агрономией жене и дочери. Разве леди Литби не говорила, что леди Шарлотта – деревенская жительница? Почему ей не знать, как устроена молочная ферма?

И почему бы ей не заключить, что он заинтересован в повышении своего дохода? Какой нормальный землевладелец не хочет повысить производительность своего хозяйства?

— К тому же ты дал ей намек, сам же знаешь, – пробормотал Дариус. – Пытался сразить ее своим остроумием. Гадюка ремонтом-дома-разоряющая. Возможно, она достаточно быстро сообразила, что это не до конца шутка.

Ее мотивы не имеют значения.

Она была права, сто раз права.

Он запустил руки в волосы.

И что теперь?

«Завтра велю слугам вернуть все в первоначальное состояние».

Если бы ему так угрожала другая женщина, он бы рассмеялся.

Но она…

После всего, что здесь случилось?

Она это сделает.

Он напряженно размышлял.

Потом встал и прошелся по коровнику.

Посмотрел сначала в одно витражное окно, потом в другое.