Книга Невеста (патологоанатом) для некроманта, страница 81 – Анна Морская

Я застыла, оцепенела от страха, совершенно не представляя, что делать и как себя вести. Боевым духом я никогда не отличалась и вообще в ситуации, реально угрожающей жизни, оказалась впервые.

Ноймарк же таких проблем не испытывал, он вдруг вытянул правую руку, послышался щелчок, и из рукава, под действием какого-то скрытого механизма, выскользнуло что-то металлическое. Короткий клинок.

Одним молниеносным движением дияр метнулся к ближайшему нападающему и вонзил клинок ему в шею. Мужчина захрипел, схватился за горло и рухнул безвольным мешком.

Кровь хлынула на пыльную землю, растекаясь темной лужей.

Несколько секунд понадобилось подельникам, очевидно, уже мертвого бандита, чтобы оценить ситуацию. Лица не исказил ни страх, ни горечь утраты, но и легкомысленный настрой они потеряли.

Оба мужчины заняли боевые позиции, но к чему они оказались не готовы, так это к тому, что их противником оказался не обычный человек, и даже не простой жизнетворец, а дияр воплоти. Судя по выражению лиц, об этом обстоятельстве их никто не предупредил.

Я видела только спину Ноймарка, но по сгустившимся вокруг теням мгновенно и безошибочно определила, что происходит. С щелчками вытянулись пальцы его рук, и одна из них одним молниеносным движением опустилась на грудь трупа.

Наблюдать не только за проявленным истоком, но и за тем, как поднимается тело еще минуту назад живого товарища, слышать надрывные хрипы, вырывающиеся из его рта — это оказалось слишком даже для отбитых на всю голову бандитов.

Предводитель шайки медленно шагнул назад, готовясь дать деру. А вот второй в стрессовой ситуации решил поступить совершенно иначе и в каком-то смысле не прогадал.

В прыжке он метнулся ко мне, выставив вперед кинжал, наверное, чтобы все-таки взять в заложники, а не убить, но дияр оказался еще быстрее. Он сделал всего шаг, преграждая преступнику путь и закрывая меня собой.

Как в замедленной съемке я не столько увидела, сколько услышала, как клинок вонзается Ноймарку в бок. Тот резко выдохнул, но устоял на ногах.

В следующие несколько секунд все развивалось слишком быстро.

Умертвие низко зарычало и с нечеловеческой скоростью накинулось на нападавшего, вгрызаясь ему в шею.

Кровь хлынула фонтаном, и я застыла, с ужасом наблюдая над расправой, которая дала бы фору любому кадру из голливудского зомби-апокалипсиса.

Запоздало метнувшись взглядом к единственному выжившему, я обнаружила, что тот, спрятав оружие, развернулся и бросился прочь, петляя между штабелями ящиков и бочек.

Его бег быстро затихал где‑то в глубине портовых подворотен.

В себя заставило прийти то, что уже Ноймарк рухнул на землю, распластавшись по ней в неестественной позе.

— Ной! — с ужасом я бросилась к нему. — Эй, не отключайся, слышишь?!

Я аккуратно перевернула его на спину. Лицо смертельно бледное, губы посинели, дыхание прерывистое и поверхностное. Пульс на запястье едва прощупывался — слабый, нитевидный.

Спину покрыл холодный липкий пот, сознание оглушила паническая мысль.

Сидя прямо на земле в этой грязной подворотне, залитой кровью, я страшно боялась, так, как ни разу в жизни. Не за то, что сама умру, не за то, как сложится моя судьба в случае, если все планы пойдут прахом.

Я боялась, что умрет мужчина на моих руках — тот, кто подставился под удар, спас мою жизнь и которому я так и не успела довериться.