Книга Отсюда не выплыть, страница 125 – Лорет Энн Уайт

— Прошу вас, не молчите! – вырвалось у Хлои. – То есть… Я хотела сказать: муж, который изменяет жене, он… может быть опасен.

Джемма замерла.

— Что вы имеете в виду?

— Ничего особенного, просто… просто в подобных ситуациях лучше быть осторожнее. Кто знает, вдруг такому мужу придет в голову избавиться от жены, чтобы он мог спокойно соединится с любовницей, начать с ней новую жизнь.

Джемма выпрямилась. Сейчас все ее тело, казалось, излучало электричество, от которого вибрировал и потрескивал самый воздух. Глаза ее вспыхнули.

— Вам что-то известно? Глория вам что-то говорила, рассказывала? Или вы слышали, как она и мой муж что-то обсуждают… что-то нехорошее?

Мысли Хлои понеслись вскачь, грудь стиснуло словно железным обручем. Ей не хотелось, чтобы Джемма приняла ее за чокнутую сталкершу, за спятившую старую деву, у которой не все дома. Но и просто сказать, что водителем гидроцикла, убившим Марианну Уэйд, почти наверняка был Эдам и что на самом деле он хотел убить ее, Джемму, нельзя. Кто в такое поверит? Кроме того, уверена ли она сама, что это действительно был Эдам? Какие у нее есть доказательства? Только фотографии, которые в прошлый свой визит в Холодный дом она видела в коридоре, – фотографии, запечатлевшие Эдама верхом на гидроцикле? Или то, что она видела, как утром он вернулся домой на машине с фальшивыми номерами и мокрым гидрокостюмом в сумке? Да, она подслушала, что у него есть ребенок от Глории и что Глория предъявила ему ультиматум, – какая разница? С точки зрения Хлои, это был мотив, но согласится ли с ней Джемма? Да, когда ты привык наблюдать за людьми – по-настоящему наблюдать, изучать их, – начинаешь со временем подмечать детали, на которые большинство не обращают внимания, но убедят ли Джемму замеченные ею мелочи?

— Случайно я слышала, – осторожно начала Хлоя, – как мисс Глория сказала доктору Спенглеру – он, мол, должен сделать выбор, иначе она от него уйдет.

— Когда это было? Где?

— На… на стоянке возле ресторана. Я как раз шла домой, – быстро соврала Хлоя и почувствовала, как у нее горят уши.

Похоже, она зашла слишком далеко, стремясь подружиться с Джеммой во что бы то ни стало. Надо поскорее сменить тему:

— Кстати, Глория приглашала меня к ней зайти…

— Зайти?!

— Ну да, в ее галерею. Она хотела посмотреть мои картины.

— Глория?

— Да.

— Какие еще картины?

— Картины, которые я пишу в свободное время. Мое портфолио. Глория увидела одну мою картину, которая висит в нашем ресторане. Она ей понравилась, и Глория спросила меня, кто ее написал. Я… я сказала, что это я, и тогда она спросила, есть ли у меня другие картины в этом духе. Она сказала, ей нравится, как я сумела передать ощущение одиночества. Совсем как Эдвард Хоппер.

Джемма слегка откинулась назад и, поднеся бокал к губам, бросила на Хлою оценивающий взгляд.

— Я знаю этого художника. Он очень известный.

Хлоя слегка напыжилась от гордости.

— Пока Глория сидела у меня за стойкой, я показала ей на телефоне фотографии моих картин; тогда-то она и дала мне свою визитку на случай, если я захочу выставить мои работы… А еще она высказалась в том смысле, что могла бы представлять мои интересы, если моими картинами кто-то заинтересуется…

На Джемму эти ее слова явно произвели впечатление. Ее зрачки расширились, на шее набухла и запульсировала вена, щеки раскраснелись, а поза стала напряженной, как у цапли, завидевшей в воде аппетитного малька. Эта перемена не укрылась от Хлои. Джемма вновь излучала энергию, и в воздухе между двумя женщинами сгустилось безмолвное напряжение.