Книга Отсюда не выплыть, страница 160 – Лорет Энн Уайт

Детективы переглянулись, и Джемма вдруг почувствовала себя очень неуютно. Стараясь унять беспокойство, она заерзала в кресле и снова высморкалась.

— Записи видеокамер, на которых Хлоя Купер обыскивает ваш дом, у вас сохранились? – спросила Хейверс.

— Да. Я могу вам их показать или сделать копию.

— Скажите, миссис Спенглер, – проговорил Педерсен, – были ли у вашего мужа враги? Люди, которые хотели причинить ему вред?

— Спросите об этом у Хлои Купер.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, она была не в восторге от романа моего мужа. Когда мы с ней обсуждали условия ее работы в качестве собачьей няни, она заявила, что ненавидит и презирает лжецов, лицемеров и изменников. Тогда я, правда, еще не знала, о чем идет речь…

— Когда я осматривал снаружи ваш двор, – сказал Педерсен, – у меня сложилось впечатление, что «Тесла» вашего мужа до сих пор находится в гараже. Это действительно так?

Джемма кивнула.

— Эдам уехал на такси. За обедом он выпил и, подозреваю, собирался выпить еще. С ней. А может быть, и один. Я не знаю.

— Вы позволите нам осмотреть его машину? – спросил детектив.

— Пожалуйста… – Джемма встала, подошла к двери гаража и широко ее распахнула. – Прошу.

Пока детективы осматривали «Теслу» со всех сторон, Джемма стояла на пороге, скрестив на груди руки. Когда детектив Хейверс, прикрываясь от света ладонью, заглянула через стекло в салон, сердце Джеммы учащенно забилось, но она постаралась не показать, что волнуется.

— Там, на заднем сиденье, какие-то сумки, – сказала Хейверс. – Вы позволите нам взглянуть?

Джемма только пожала плечами в ответ.

— Смотри́те. Наверное, там какие-то вещи, которые он хотел забрать.

Мейв Хейверс открыла заднюю дверь и, подозвав Педерсена, показала ему на большую зеленую спортивную сумку с расстегнутой молнией. Джемма слышала, как детектив негромко сказала своему напарнику:

— Гидрокостюм. Очки. Перчатки. И еще вот это…

Надев тонкую резиновую перчатку, она осторожно вытащила из сумки автомобильные номера штата Айдахо и увесистую связку ключей с бирками. Показывая Джемме ключи, Хейверс спросила:

— Вы не знаете, от чего они?

Джемма быстро облизала губы.

— Я думаю, это ключи от дома Нарека Тиграняна. У него особняк на Северном берегу, на другой стороне Беррарда. Нарек – старинный приятель моего мужа. Он просил Эдама присмотреть за его домом, пока сам будет в отъезде.

Хлоя проснулась посреди ночного кошмара. В течение нескольких секунд после пробуждения она еще оставалась между сном и явью – в расплывчатом, вязком, как сироп, состоянии искаженного восприятия, продолжая слышать голос матери, доносившийся до нее из какого-то далекого места, которое она никак не могла узнать.

Быстрей, Зоуи, быстрее! Залезай! Вот сюда, в уютную пещеру!

Но это не пещера.

Это пыльный стенной шкаф, где валяется пыльное колючее одеяло. Теперь она его вспомнила. Или не вспомнила? Может, оно просто продолжает ей сниться?

Хлоя снова погрузилась в сон.

У шкафа складная дверца, в которую вделаны панели с наклонными, как у жалюзи, планками. Сквозь щели между ними видно, что происходит снаружи. Мать заталкивает ее в шкаф, усаживает в углу на пол, надевает на голову маленькие наушники. В руках Хлои появляется прохладная коробочка «уокмена». Мать прикладывает ее маленький палец к кнопке и нажимает. В наушниках тотчас начинает звучать напевный, лирический голос, который течет, льется как вода, понемногу заполняя собой голову Хлои: «Давным-давно, в стране, где небо было голубым, а трава зеленой, как изумруд, жила-была одна селки…» Мать накидывает на нее одеяло, и теперь она и вправду в пещерке – в колючей и душной пещерке, в которой есть место только для нее и для селки. Теперь Хлоя не может смотреть в щели между планками, не может видеть, что делает мама, и она отпускает свой мозг в страну, где зеленеет изумрудная трава, где море вздымается свинцовыми штормовыми валами, увенчанными клочьями белой пены, и где селки оставляет свою кожу на каменистом берегу…