Книга Виктория. Вспомнить себя, страница 94 – Раяна Спорт

Я сглотнула ком, застрявший в горле и уже менее уверенно кивнула.

— Да, Манифик жива лишь благодаря тебе, — поблагодарила еще раз Надин, — но Тарун в какой-то мере прав: ты слишком ценная, чтоб участвовать в этой операции.

— Но я не могу здесь сидеть и ждать невесть чего! — взмолилась я.

— Мать-природа на нашей стороне, мы справимся, — ответил Тарун, незаметно подмигнув мне, чем вызвал в моей душе чувство ярости и несправедливости. Конечно, он же идет на эту сверхсекретную вылазку!

— Помоги раненым, Изумруд, — попросила нежно Надин. — Наши ряды редеют, мы не можем потерять еще и их.

Я не смогла сопротивляться ее словам. Надин вообще на всех так действовала. Как сердце всего племени, она умела объединять нас, успокаивать, гасить, можно сказать, лишь одним словом.

В мире людей я слышала, что есть такая профессия, где они слушают собеседника и только этим самым помогают им, а потом сказав пару волшебных фраз возвращают силу жизни. Видимо, Надин могла бы стать королей в этой сфере работы, однако сейчас она возглавляет ополченцев против истинной власти. Что ж, не менее благородно, согласна. В связи с чем, я кивнула в ответ ее просьбе, отступая в тень.

По ходу дальнейшего разговора я поняла, что в этой вылазке они хотели пополнить запасы продовольствия, связаться с местными бунтарями, обговорить детали и вернуться с конечным решением о нападении на дворец, ибо более нельзя было допустить, чтобы стражи напали на нас из-за спины. Тем более, когда предатель был уничтожен, а королевские деспоты узнали место нашего пребывания.

Ночью я не могла заснуть. Предо мной все виделись окровавленные лица, наги, которых беспощадно убивали. Отгоняя все это, я предпочитала думать о Таруне и о том, как мы воссоединились в джунглях. Сейчас к этим помыслам меня подталкивали страстные стоны из глубины пещеры, где обосновались Олафур и Надин. Судя по ее возгласам, он был тот еще самец, ибо это длилось почти час, после чего мужчина выполз из пещеры на улицу, явно довольный собой.

В какой-то мере это было мерзко, однако я же слышала, как радовалась их слиянию Надин. А значит, мне надо было лишь порадоваться за нее. Что же касается самого Олафура, за все это время проживания с ним под одной крышей, меня не покидали мысли, что он явно не вписывается к этим нагам. Он был заносчив, вульгарен и часто прикладывался к алкоголю. Но был в нем и плюс: порой он все же был сдержан и помалкивал, словно боялся наговорить лишнего.

Как-то я спросила у Надин во время совместного обеда:

— А Манифик — дочь Олафура?

Надин, услышав мой вопрос, лишь громко рассмеялась.

— Нет. Ее отец был из дворян, приближенных к королю.

— Ого! Так Манифик из высшего сословия? И что с ним стало, с ее отцом? — поинтересовалась я, зная наперед, что конец истории мне не понравится.

Надин грустно улыбнулась.

— Он был первым, кто восстал против власти. И его… казнили.

— Мне жаль…

Мы замолчали, но Надин решила продолжить.

— Все в порядке. Уже все в прошлом. Ведь столько лет утекло… Когда я родила дочь, то решила назвать ее столь необычным именем. В память о ее смелом отце, дело которого продолжила я и те, кто к нам присоединились.

— А как вы познакомились с Олафуром?

— Он присоединился к нашим рядам несколько лет назад. Ну и все закрутилось…