Книга Таверна «Одинокое сердце», страница 68 – Стасия Викбурд

— Выглядит чудесно! — восхищённо выдохнула я, оглядывая наше место.

Томас подмигнул:

— И это только начало. Сейчас народ потянется — и всё разберут вмиг!

И он оказался прав. Первые покупатели подошли почти сразу — семья с двумя румяными ребятишками. Малышня с любопытством разглядывала наши маринады, а родители заинтересованно склонились над прилавком. Старший мальчик, лет семи, тыкал пальцем в банку с морковью:

— Мам, смотри, оранжевые червячки!

— Это морковь по-корейски, — рассмеялась я. — Хочешь попробовать?

Я протянула ему крошечную порцию на деревянной ложке. Он осторожно попробовал, потом его глаза расширились, и он восторженно закивал:

— Ещё! Ещё!

Мать улыбнулась:

— Дайте две порции, пожалуйста. И мне тоже — звучит очень аппетитно.

— Попробуйте морковь по-корейски, — предложила я с улыбкой, протягивая маленькую пробу. — Остренькая, с кориандром и мёдом.

Женщина осторожно попробовала, её глаза расширились от удивления:

— Какая прелесть! Никогда такого не пробовала. Дайте две порции!

За ней подошли ещё люди, потом ещё… Купец Торн, известный своим взыскательным вкусом, взял три порции моркови и восторженно похлопал себя по животу:

— Никогда такого не пробовал! Где вы берёте такие специи?

— Секрет таверны, — подмигнула я, а внутри всё ликовало: у нас получается!

Элиас ловко отсчитывал сдачу — медные монеты звонко падали в мешочек, серебряные звенели особенно приятно. Томас быстро упаковывал покупки в аккуратные свёртки, перевязывал их бечёвкой. А я всё подносила новые порции маринадов, следила, чтобы на прилавке всё выглядело аппетитно. Запах яблок с корицей, моркови с кориандром, томатного морса — всё это смешивалось в какой-то волшебный аромат, который, казалось, притягивал людей, как магнит.

Рядом торговец сладостями громко зазывал:

— Карамельки медовые, тают во рту! Вафли хрустящие, с корицей и мёдом!

А чуть дальше музыкант играл на флейте — лёгкая мелодия переплеталась с шумом толпы.

— Людмила, посмотри! — Томас кивнул на корзину. — У нас почти ничего не осталось!

Я ойкнула от неожиданности и бросилась пересчитывать запасы. И правда — банки опустели, кувшины почти сухие, а на дне корзины осталось лишь несколько ломтиков хлеба с травами. И всё это — к полудню!

Элиас, пересчитывая монеты, расплылся в широкой улыбке:

— Мы не просто напомнили о таверне — мы её прославили! Люди спрашивали, где находится «Одинокое сердце», обещали зайти сегодня же вечером.

Я почувствовала, как глаза наполняются слезами радости. Мы сделали это. Таверна, которая ещё недавно казалась забытой и заброшенной, теперь стала частью этого праздника, частью жизни города.

Кто-то похлопал меня по плечу — это была Вирта, жена пекаря:

— Людмила, дорогая, я так рада за вас! Весь город только и говорит о ваших маринадах.

— Спасибо, Вирта! — я обняла её. — Приходите сегодня в таверну, угощу вас лучшим морсом!

— Люда, — Томас осторожно коснулся моего плеча. — Пойдём на площадь! Король Эларин и королева Лириана Великие будут поздравлять народ. Ты должна это увидеть.

Я на мгновение замерла. Внутри шевельнулось лёгкое беспокойство — что-то едва уловимое, будто тень на ярком солнце. Но радость от успеха была сильнее. Я кивнула:

— Да, конечно. Пойдём.

Мы оставили прилавок — точнее, то, что от него осталось, — и двинулись к главной площади сквозь толпу. Вокруг смеялись дети, гоняющиеся за воздушными змеями, влюблённые пары обменивались улыбками, музыканты играли всё веселее, а флаги над головами трепетали, словно аплодировали нашему успеху.