Книга Эдельвейс для орка, страница 99 – Лана Воронецкая

Карета подпрыгивает на кочке. Я хватаюсь за край сиденья. За окном мелькают деревья, поля, небо. Куда он меня везёт?

Какое-то время мы едем молча, в тишине.

Валериус смотрит в окно, и его лицо вдруг становится печальным. Он словно меняет маску.

— Знаешь, Китти, — говорит он тише, — я понимаю твою боль. Потому что я тоже потерял близкого человека из-за орков. Мою племянницу. Прекрасную, юную девушку.

Он поворачивается ко мне, и в его глазах я вижу… что? Искренность? Или очередную ложь?

— Они украли её много лет назад. Я искал её, безуспешно… пока однажды по её кулону на связь со мной не вышел один из алчных орков! — Валериус сжимает кулак, будто воспоминание причиняет боль. — Но было слишком поздно. Оказалось, что моя племянница, Элиара, умерла в родах. Орки не хотели её отпускать. Они держали её как животное.

Я не верю. Не верю ни единому слову. Манипулятор. Лжец. Строит из себя жертву, чтобы я сочувствовала ему. Чтобы я поверила, что его цели благородны.

Впиваюсь ногтями в подол юбки. Смотрю в окно, стараясь не встречаться с инквизитором взглядом.

— Но её дочь… — продолжает он, и его голос становится мягче, почти отеческим. — Моя внучатая племянница… она жива. Ей сейчас примерно столько же лет, сколько и тебе, дитя.

Он наклоняется вперёд, его лицо приближается. Я перестаю дышать.

— Китти, я переживаю за тебя. Не хочу, чтобы ты оказалась в таком же положении, что и моя Элиара. Орки — дикари. Они обманут тебя, как обманули её. Они используют тебя и выбросят, когда ты перестанешь быть нужной.

Тихонечко двигаюсь подальше, ближе к окну. Инквизитор медленно отстраняется, так что я могу вдохнуть. Но он продолжает:

— А девочка, та, что выжила среди них… она там, за Завесой. Среди зверей. Она ждёт, когда я заберу её домой. Всё, что я хочу, Китти — это спасти её. Вызволить из кошмара. И не позволить тебе купиться на лживые обещания диких тварей.

Я заставляю себя посмотреть ему прямо в глаза.

— Что вам на самом деле нужно от меня?

— Всего лишь чтобы ты приоткрыла Завесу, — отвечает он так просто, будто просит передать соль за столом. — Ты сможешь. Я знаю. Чувствую по твоему возросшему потенциалу.

— А потом? — я не отвожу взгляд. — Вы меня отпустите?

Валериус улыбается. Тепло. Искренне.

— Отпущу. Или, если хочешь, пойдём вместе искать твою сестру. Если, конечно, она выжила у этих дикарей.

Он делает паузу и договаривает немного тише:

— Твои родители так надеются, что я тебе помогу, Китти. Было бы ужасно разочаровать их. Особенно после того, как они уже потеряли одну дочь. — Его глаза сужаются. — Хворь — такая непредсказуемая болезнь. Иногда она поражает целые семьи. Ты же не хочешь, чтобы твои родители внезапно заболели?

Магия вспыхивает под моей кожей. Хочу вцепиться ему в горло, сжечь его дотла. Но я сдерживаюсь. Ради них.

— Намекаете, что отправите моих родителей в лечебницу для больных Хворью? — мой голос дрожит от гнева. — А на самом деле запрёте их в каменные казематы? С другими людьми, у которых обнаружилась магия? Я знаю, что вы делаете с теми, у кого Хворь. Вы используете их. Как рабов. Выкачиваете из них силу.

Валериус не отрицает. Он даже улыбается. Гордо. Довольно.

— Ты права, — кивает он. — Но это необходимость. Королевство нуждается в защите. В магии тоже. А эти люди… они всё равно умрут. Я просто делаю их смерть полезной.