Книга Измена. Вкус запретного тела, страница 47 – Мира Линч

— Может, тебе стоит научиться их не совершать?

— Может, тебе стоит научиться быть счастливой с тем, кто тебя не предавал.

Мы замолчали. Кофе остыл. За окном смеркалось. Где-то за углом, в машине, ждал Ветров.

— Я люблю его, — сказала я.

Кирилл замер.

— Что?

— Я люблю Александра. Не знаю, за что. Не знаю, надолго ли. Но сейчас — люблю. И я хочу, чтобы ты знал: я не пришла прощать тебя. Я пришла попрощаться. Сама с собой. Со своей обидой. Со своим прошлым, в котором ты был.

— Ты прощаешь меня?

— Нет. — Я покачала головой. — Нет, Кирилл. Прощение — это когда боль уходит. А она не уйдёт никогда. Я просто перестану жить ею.

Он кивнул. Медленно, тяжело.

— Ты стала другой.

— Я стала собой. Той, кого ты убил. И которую воскресил другой.

Я встала.

— Пока.

— Анна. — Он тоже встал. — Можно... можно я увижу Лизу? Завтра. На час. В парке. Без соцслужб, без адвокатов. Просто — погулять с дочкой.

Я смотрела на него. На мужчину, который смотрел на меня с надеждой, недостойной его поступков.

— Спроси у неё. Если она захочет — я не против. Но если я узнаю, что ты сказал ей что-то про меня или про Ветрова — ты больше никогда её не увидишь.

— Я понял.

Я развернулась и пошла к выходу. Не оглядываясь. Не потому что не хотела. Потому что боялась: если оглянусь, увижу его слёзы, и во мне что-то дрогнет.

На улице Ветров стоял у машины, прислонившись к капоту. В темноте его фигура казалась чёрной, как вырезанная из ночи.

— Ну как? — спросил он.

— Сказала ему, что люблю тебя.

Он не улыбнулся. Не обрадовался. Просто открыл дверь.

— Садись.

Я села. Он сел за руль, завёл двигатель, но не тронулся с места.

— Ты плакала?

— Нет. Почти.

— Хочешь поговорить?

— Не хочу. Хочу домой.

— К Лизе?

— К тебе.

Он выдохнул. Включил передачу, выехал со стоянки.

Всю дорогу молчали. Я смотрела в окно на огни города, которые размазывались в цветные полосы. Думала о Кирилле, о Виктории, о том, что любовь — это не про счастье. Это про выбор. Каждый день. Каждую минуту.

Ты выбираешь человека. Со всеми его шрамами, страхами, тайнами. Или не выбираешь.

Я выбрала.

Ночью мы лежали в постели, и я рассказывала ему о разговоре. Каждое слово. Каждую паузу. Он слушал, гладил меня по спине, не перебивал.

— Ты молодец, — сказал, когда я закончила.

— Что?

— Сказала ему правду. Не простила, но отпустила. Это сложно.

— Сложно — это быть с тобой.

— Я знаю. — Он поцеловал меня в лоб. — Поэтому я запомню эту ночь навсегда.

— Почему?

— Потому что сегодня ты выбрала меня. Не из жалости, не из страха одиночества. А осознанно. Сказала ему в лицо, что любишь другого.

— Я люблю тебя, — повторила я, пробуя слова на вкус. Они всё ещё казались чужими. Но с каждым разом — всё более своими.

— Я люблю тебя, Анна, — ответил он. — И буду любить, даже если...

— Никаких «если». — Я зажала ему рот ладонью. — Сегодня без «если».

Он улыбнулся под моей ладонью, убрал руку, поцеловал.

Мы занимались любовью медленно, почти без слов. Я смотрела в его глаза, когда он входил в меня, и видела там всё — благодарность, страх, нежность, бешенство. Смесь, которая называлась «Саша Ветров». Мужчина, которого я боялась. Которого ненавидела. Которого любила.

После — лежали в тишине, слушая дождь за окном. Первый июльский дождь, холодный, внезапный.