Книга Если ты позволишь, страница 31 – Вирсавия Вайс

— Могу, Оль, и сделаю это. - в его голосе появляется металл. - Если ты чего-то не догоняешь, то я тебя предупреждал и давал шанс всё закончить, не начиная.

— Мы всё закончили, спасибо тебе. - Злость в моём голосе удивляет даже меня саму.

— Ни хера мы не закончили, Оля, даже не рассчитывай на это. Если ты думала, что сможешь меня использовать для того, чтобы избавиться от целки, то ты глубоко заблуждаешься, малыха. Меня такой расклад, на хер, вообще не устраивает, ты поняла?

Поднимаю на него глаза и тону, опять тону в его расплавленном шоколаде.

— Ну что тебе от меня ещё нужно? - хрипло спрашиваю я.

— Ты, Оленька. - Просто говорит он. - Мне нужна ты, вся, целиком.

Его губы накрывают мои, язык проходит по зубам, прося пустить его. Я всхлипываю и открываю рот, он врывается в меня, сплетаясь с моим языком, танцуя с ним, лаская нёбо. Не в силах сопротивляться, прижимаюсь к нему всем телом, признавая его власть надо мной, принимая его, как женщины тысячелетиями признавали своих мужчин, покоряясь им, отдаваясь навсегда, безвозвратно.

— Ты можешь мне сказать, что случилось, Оль? - он смотрит в мои глаза с тревогой, не понимая, что произошло.

— Ты, - я заикаюсь, не зная, что ему сказать и как.

— Что я? Я сделал тебе больно? Прости меня, но без этого никак. Я был груб, но ты сводишь меня с ума. Если бы можно было, поверь, я бы сделал всё, чтобы этого не было. Но я обещаю, что больше такого не повторится. Боли больше не будет, солнышко.

Я мотаю головой.

— Нет, я о другом, Вик. - шепчу я, хватая воздух ртом.

— О чём?

— Ты... Ты

— Ну что я? Козел? Знаю, малышка. - улыбается он, целуя меня в лоб, как маленькую девочку. - Придурок? И это тоже не новость. Так что не парься, кроха, не удивишь меня.

— Вик, ты не надел... - шумно выдыхаю.

Вот как сказать ему, что он надел презерватив?

— Чего не надел? - он в замешательстве смотрит в мои глаза.

Я вспыхиваю до кончиков пальцев и скороговоркой, зажмурившись, выговариваю это слово.

— Презерватив, Вик. Ты его не надел.

Он становится серьезным, задумывается о чём-то своём, я отодвигаюсь от него и сажусь на кровати, снизу всё льется на простыни, отчего мне становится совсем плохо.

— Так, Оль, давай мы с тобой на эту тему поговорим серьезно.

Он поворачивается и видит, что я судорожно комкаю постельное бельё, размазывая окровавленными пальцами по щекам слёзы.

— Малыш, ты чего? - он садится и прижимает меня к себе. - Ну что с тобой, глупыха. Ну будет и будет, что теперь уж поделать.

— Простыни, - всхлипываю я. - Их стирать...

Его грудь начинает трястись. Он зарывается в мои волосы лицом и смеётся!

— Лялька! Ты полный пиздец! Иди сюда!

Он встает и вытягивает меня из кровати. Глаза невольно опускаются вниз. Он весь в моей крови! По моим бедрам течет вниз его семя, смешанное с кровью.

— Я перепачкала всё. - убитым голосом шепчу я.

— Да и хер с ним со всем, солнышко. Пойдем.

Он подхватывает меня на руки и несет.

— Сейчас всё будет хорошо, вот увидишь.

Опустив меня в джакузи, полное почти до краёв, Вик забирается в него следом за мной, садится рядом и берет мочалку.

— Раздвинь ножки, малыха. - шепчет он мне в ухо.

Тысячи взбесившихся мурашек, растревоженных его бархатным голосом, галопом проносятся по моему телу, накрывая меня волной возбуждения. Соски пиками встают, и это не скрыть.