Книга Старший брат моего парня. Соблазню и уведу, страница 35 – Ана Эспехо

— Как по мне, всё идеально, Майская! — дерзко скалюсь и двумя пальцами мажу по мокреньким складочкам, пуская мелкую дрожь по ее телу.

— Ха-ха, Вольтов! — целомудренно соединяет бедра и ерзает на стойке.

— Не паникуй, Майская, — скалюсь и достаю из кармана её трусики. Единственные, которые она забыла, сбегая из нашей квартиры.

— Откуда они у тебя? — выхватывает у меня из рук свое бельё.

— Ты забыла, а я сохранил. Чтобы ты без меня делала, птенчик? — по обе стороны от нее упираюсь ладонями в раковину и размашисто облизываю ложбинку меж грудей. Солоноватая кожа от пота и снова дрожь по телу Евы.

Майская смущенно надевает трусики и спрыгивает. Прихорашивается в зеркале. И в отражении лихорадочный блеск её глаз ослепляет.

— Самая красивая, — пристраиваюсь сзади и покрываю изящную шейку поцелуями. — Ответишь мне что-то? — губами чувствую мгновенное напряжение Евы. Она улыбается мне в зеркале, но её тело, как натянутая пружина.

— Я хочу выпить чего-нибудь освежающего, — разворачивается и вскользь целует в губы. Сплетает пальцы наших рук и тянет за собой из туалета.

— Подожди меня здесь, — говорю ей на ушко, перекрикивая грохот музыки, и пробираюсь через толпу выпускников к напиткам.

Ева не призналась мне в ответных чувствах! Потому что я растоптал её сердце, когда она открылась мне.

— Спасибо! — забираю напитки и возвращаюсь к Майской.

Но вижу, как около неё снова трется ее ублюдок-психолог.

ГЛАВА 29

— Петя? — налетаю на парня и миленько улыбаюсь, выискивая взглядом в толпе Вольтова.

— Ева, все хорошо? — он гладит меня костяшками пальцев по плечу, и знобящая дрожь охватывает тело. Невольно кошусь на соприкосновения чужих рук с моим телом, испытывая отвращение. Отторжение. Моё тело признает только горячие касания Адама. Всё остальное кажется противоестественным и неправильным.

— Да, разумеется, — отвечаю рассеяно и глуповато лыблюсь. Среди выпускников никак не могу найти Адама.

— Немножко голова закружилась. Пришлось освежиться холодной водой, — растираю бисеринки пота на груди, сохраняя зрительный контакт с Петей. Но украдкой продолжаю выискивать Адама среди толпы.

— А ты меня искал? — обращаюсь вежливо и свечу самой искренней улыбкой.

— Если честно, то да, — Петя неуверенно жмется и даже немного краснеет. — У меня для тебя есть сюрприз. Я его давно приготовил. С собой не взял. Оставил в кабинете... — парень избегает смотреть мне в глаза, постоянно потирая шею от волнения. — Если ты позволишь...

— Конечно, — крепко сжимаю ладони своего друга-психолога. — Я люблю сюрпризы, — подбадривающе заглядываю Пете в лицо. В конце концов, именно он помог мне частично выбраться из хандры.

— Тогда идём, — Петя предлагает мне свою руку.

— Только недолго, — оглядываю толпу веселящихся студентов и снова не вижу Адама.

Вольтов, как всегда, исчез. После жарких примирительных ласк и слов любви парень провалился сквозь землю! Но как Адам ждал от меня ответного признания. Снова услышать от меня три заветных слова, глядя мне в глаза. А я не смогла. Моё сердце любит достаточно сильно, чтобы кричать на весь мир о своих чувствах. Однако нанесенная обида ещё слишком сильна.

— Проходи, — Петя любезно пропускает меня в свой кабинет, и меня мгновенно окутывают воспоминания. Не самые радостные, но именно здесь я поняла, что никогда не смогу разлюбить Вольтова. Меня хватило лишь на две недели разлуки с голубоглазым искусителем. После я с радостью сдалась в его плен.