Книга Ангел за маской греха, страница 69 – Алиса Бренди

Бросил биту. Начал бить кулаками по стене. Раз за разом. Штукатурка крошилась, кожа на костяшках лопалась, кровь размазывалась по обоям. Боль пронзала руки, но я не останавливался.

Я мог, конечно, пойти побить грушу в тренажёрном зале внизу. Там всё для этого было — боксёрские мешки, перчатки, защита. Правильное, безопасное выплёскивание агрессии.

Но я не заслуживал этого. Не заслуживал заботы о себе. Я должен был получить хоть какую-то боль. Хоть что-то, что напомнит, что я наделал.

Хотя эта боль всё равно была ничто по сравнению с её болью.

Раскрушив всё, что попалось под руку, я сел на пол среди обломков. Прислонился спиной к стене. Руки горели огнём — костяшки ободраны, кровь засыхала. Дыхание постепенно выравнивалось.

И я снова начал думать.

Как так вышло, что она ко мне поехала?

Ведь Эля точно раньше ни к кому не ездила. Она сама говорила. И это уже и так понятно, других доказательств не надо. Её поведение, её страх, её невинность — всё кричало об этом.

Инга сказала мне, что Эля — самая популярная стриптизёрша клубе. Хороший выбор, приносит много денег. Инга должна была с ней поговорить. Объяснить, что предстоит. Чётко, без недомолвок. Эля могла отказаться. В конце концов, никто её силой не тащил.

Почему же она поехала?

Потому что Эля не знала, что ей предстоит не просто танцевать. Она действительно думала, что это обычный приватный танец, только на дому. Что правила о неприкосновенности будут соблюдаться. Что максимум — богатый мужик посмотрит, как она крутится у шеста, и заплатит щедрые чаевые.

Наивная...

Инга ей ничего не сказала. Намеренно.

Злость вспыхнула с новой силой, горячая, обжигающая. На Ингу. Потому что она не захотела мне отказывать. Перечить. Предлагать кого-то другого. Я показал на Элю, и Инга как послушная собачка кивнула. Может, Эля и отказывалась. Но я знаю Ингу — она умеет убеждать, давить, манипулировать. Она заставила девчонку поехать.

Хотя она явно виновата меньше, чем я. Намного меньше.

Инга обманула. Недоговорила. Но я... я сделал то, что сделал. Выбор был за мной. Я мог остановиться в любой момент. Мог послушать. Мог поверить, но не стал.

С Ингой я разберусь. Позже, когда уляжется злость. Потому что сейчас я был готов её придушить, в прямом смысле. Руки чесались, желание причинить боль, наказать, стереть с лица земли было почти физическим.

Надо было остыть. Иначе я натворю ещё больше дерьма.

Но как Эля вообще оказалась в клубе? Балерина. С техникой, осанкой, растяжкой. Что её толкнуло туда?

Она что-то говорила о брате. Тогда, в кабинете управляющего клуба, когда я её туда утащил. Что-то про деньги, которые нужны ему. На что? На лечение? На операцию?

Отмахнулся. Мне было всё равно. Я был охвачен безумным желанием, и всё остальное не имело значения. Её жизнь, её проблемы, её причины — всё это было фоновым шумом, который я не удосужился услышать.

Я пока не знал, что мне делать. Как это исправить.

И главное — понимал, что это вообще не исправить. Нельзя вернуть невинность. Нельзя стереть травму. Нельзя отмотать время назад и сделать всё иначе.

Но мне нужно было о ней узнать. Всё. Кто она. Почему она там оказалась. Что за брат. Какие обстоятельства загнали балерину на сцену стриптиз-клуба.

Я достал телефон и набрал номер. Даже несмотря на то, что сейчас была глубокая ночь. Второй гудок, и трубку взяли.