Книга Ангел за маской греха, страница 75 – Алиса Бренди

Информации оказалось много. Слишком много. Обычно такие объёмные досье Василий присылает на криминальных авторитетов или бизнесменов с тёмным прошлым — людей, чьи жизни полны скелетов в шкафах. А тут... обычная девчонка.

Видео. Фотографии. Документы. Медицинские карты. Целая жизнь, аккуратно разложенная по папкам и файлам.

Я затянулся снова, выдохнул дым в потолок и начал смотреть.

В этой и следующих главах будут описания медицинских ситуаций, процедур, последствий травм. Если среди вас есть врачи или те, кто разбирается в теме, пожалуйста, не судите строго. Понимаю, что в реальности может быть все совсем не так. Что-то упрощено, что-то технически неточно.

Я сознательно не стала тратить время на изучение всех тонкостей, потому что моя главная цель не документальная точность, а эмоции и чувства героев. Это книга о сложных, тяжёлых отношениях, о том, как люди переживают боль и не ломаются под тяжестью обстоятельств.

Дмитрий Молотов

Информация оказалась... неожиданной.

Обычно, когда Василий копает на кого-то, всплывает грязь. Всегда всплывает. Долги, связи с сомнительными личностями, тёмные пятна в биографии, любовники, враги, скандалы. У каждого есть скелеты в шкафу. Всегда.

Но здесь... здесь было всё наоборот. Только хорошее.

Родители работали в местном театре. Отец — дирижёр. Мать — скрипачка в оркестре. Уважаемая семья, известная в культурных кругах города. Фотографии с официального сайта театра, весь их творческий путь, год за годом. Премьеры, гастроли, награды. Даже видео были — записи концертов, выступлений. Но я смотреть их не стал. Пока не стал.

Никаких связей с криминалом. Никаких долгов, кроме ипотеки, которую выплатили за три года до смерти. Никаких любовниц и любовников. Идеальная семья. Интеллигенция старой закалки. Совсем другой мир — мир, о котором я знал только понаслышке.

По выходным они ездили в приют для животных за городом. Волонтёрство. Фотографии из группы приюта в соцсети — дирижёр городского театра Сергей Орлов с супругой и детьми помогают ухаживать за бездомными животными. На одной фотографии Эля — ещё ребёнок, лет двенадцать, не больше — держит на руках рыжего котёнка. Улыбается так широко, что видны все зубы. Счастливая. Беззаботная.

Я закрыл папку с родителями. Открыл следующую про саму Элю.

Школьный аттестат. Конечно, почти все пятёрки. Серебряная медаль. Одна четвёрка по физике. Представил, как она расстраивалась из-за этой четвёрки. Наверняка плакала. Для таких детей из таких семей четвёрка — это катастрофа.

Занятия балетом с пяти лет. Хореографическая школа при театре. Фортепиано — тоже с детства. Видео тоже были — выступления, отчётные концерты, конкурсы. Но я их смотреть не стал. Может быть, потом. Слишком тяжело будет смотреть на живого, счастливого ребёнка, зная, что сейчас этот человек лежит в соседней комнате сломанный, опустошённый, с пустыми глазами. Мною сломанный.

Но на одну фотографию я смотрел очень долго.

Городской конкурс молодых музыкантов. Эля заняла первое место — категория юниоров, фортепиано. На фотографии ей лет пятнадцать, не больше. Совсем девочка — худенькая, с длинными волосами, собранными в высокий хвост, в скромном чёрном платье.

Её отец протягивал ей букет. Ромашки. Большой, пышный букет полевых ромашек, перевязанный простой лентой. Рядом стояла мама — очень красивая женщина со светлыми волосами и изящными чертами лица. Эля похожа на неё. Те же глаза, те же губы, та же точёная линия скул.