Книга Невеста для психопата, страница 109 – Елена Белая

Шаг за шагом я училась заново идти своим путем. Телевидение больше меня не интересовало, за десять лет практики я выдохлась в этой профессии. Я попробовала свои силы в журналах, но ничего кроме нарядной мишуры там не нашла. Позже я зачем-то пошла в шумный офис большой нефтяной компании и там, среди сложно сконструированных интриг и непрекращающегося чемпионата человеческой подлости, начала отчаянно скучать по большому красивому смыслу.

Я пошла работать к врачам за смешные деньги с весьма смутными перспективами карьерного роста. Однако, была уверена, что все не зря. В стенах крупного медицинского центра хирурги изо дня в день спасали человеческие жизни. Меня это не на шутку вдохновляло. Я горела новым смыслом и вложила в авторский проект весь свой могучий потенциал. Но дело было не только в профессиональной мотивации. На большую пиар-кампанию во славу технологической мощи отечественной медицины, меня вдохновил один именитый хирург.

Его звали Владимиром Владимировичем и поначалу я сама себе запретила ему симпатизировать.

Он был статным, умным, красивым, блестяще образованным и магнетически привлекательным человеком. Хорошо в нем было абсолютно все, начиная от формы рук и заканчивая блестящим чувством юмора. Как говорят в народе, бабы писались при виде него кипятком, но он был безнадежно женат. И еще более безнадежно предан своему призванию.

“Нет-нет, мне такого добра не надо. Я сейчас влюблюсь в него и буду страдать у окна, пока он будет ездить с докладами по миру, а в выходные дни воспитывать четверых отпрысков.” – решила я.

У меня почти получилось уговорить себя на профессиональный нейтралитет на пару месяцев. Мне кажется, Владимира Владимировича это раззадорило. Мы часто сталкивались с ним на мероприятиях, мне приходилось брать у него интервью. Иногда мы мельком виделись с ним в красивых операционных. И он флиртовал со мной с явным азартом при каждой удобной возможности. Именитый хирург отпускал в мой адрес изысканные комплименты, пронзительно смотрел мне в глаза и элегантно шутил. Иногда он даже немного сексуализировал обстановку, но делал это с таким шармом, что меня тянуло к нему как магнитом. Владимир Владимирович был, безусловно, грандиозным профессионалом и очень привлекательным мужчиной, что вскоре не оставило мне шанса отсидеться в сторонке. Я влюбилась в него как девчонка.

Окно его кабинета располагалось напротив моего. Каждый день, когда в нем загорался свет, он автоматически освещал и мое сердце. Я замирала от звуков его голоса в больничных коридорах и терпеливо ждала, когда же он сделает решительный шаг навстречу. Но он флиртовал, по-прежнему пронзительно смотрел мне в глаза и…ничего не предпринимал.

Как-то раз мы случайно столкнулись в пустом коридоре клиники. Я открывала дверь своего кабинета, стоя к нему спиной. Мне даже не пришлось оборачиваться, его присутствие я чуяла за версту, как кошка. Мое влечение к нему было маниакальным. Причем, я кожей ощущала, что этот статный красавец тоже был неравнодушен ко мне. Однако, он так и не обнажил предо мной своей страсти. Я злилась, изображала наигранную холодность, по-детски дулась и молча умирала от чувств.

Однажды, не выдержав накала собственных эмоций, я даже решила подсунуть записку со стихами под его дверь. Ей-Богу, как школьница. В этих строчках было что-то очень трогательное об обоюдной тоске несвободных любовников. На счастье, я быстро отказалась от этой затеи. Он мог отшутиться, поднять меня на смех, в конце концов, проигнорировать мое письмо. Его равнодушия я боялась даже сильнее, чем публичного позора. Словом, мне ничего не оставалось, как употребить весь запал нереализованного чувства на развитие пиар-кампании в его честь. Впервые в жизни я посвятила проект конкретному мужчине. Это было восхитительно.