Книга Невеста для психопата, страница 111 – Елена Белая

До отъезда в Европу я прожила в Тюмени шесть долгих лет, и все это время исполняла перед яростным отчимом такие психологические акробатические трюки, что со временем у меня начала болеть и спина, и душа. Последняя изнывала от сознательного молчания в ответ на оскорбления и необходимости целовать его в зад с растущей периодичностью. Делая все это исключительно в интересах своей матери, я кланялась Его императорскому величеству, передвигаясь по дому на цыпочках, чтобы, не дай Бог, не разбудить дремлющий вулкан нечеловеческой ненависти. Однако, становилось только хуже.

Мне следовало съехать из этого дома через неделю после приезда. Но ожидание разрешения на рабочую визу затянулось, я осталась по просьбе матери и очень быстро пожалела об этом.

Все началось со случайно закрытой двери. В тот вечер я закрыла ее на ключ, будучи уверенной, что все уже дома. Честное слово, он заколебал меня с этой дверью. То не закрыла вовремя, то закрыла невпопад, и так по кругу, пока не разгорится скандал. Рядом с абьюзером никогда не угадаешь, по какой причине рванет. В одном можно уверенным на все сто, что канализационный слив его лютой ярости прорвет так или иначе. Как выяснилось, тем вечером мамин супруг копался в своем гараже и позже уткнулся носом в закрытую дверь на веранде дома. Что тут началось!

Ему, видите ли, пришлось пройти десять шагов до звонка за калиткой дома. Открыв дверь, я извинилась перед ним за недоразумение.

“Ты что, мразь, вообще ох..ела! Я тебе сейчас по еб..лу дам!”

Я пахала на этом гигантском подворье каждые выходные шесть лет подряд. Я драила в доме полы, мыла окна, а также полола, копала, поливала, красила и без устали мирила мать и ее мужа. Мы даже покупали вскладчину с сестрой путевки для них на курорт, дабы улучшить внутрисемейный климат. И за этот титанический труд и растраченные впустую нервные клетки я получила вот такую благодарность.

“Мам, ты как хочешь, а я прямо сейчас ухожу из этого дома со всеми вещами. У моей подруги пустует трешка, я пойду туда.”

“Я тоже пойду, мне это надоело. Не хочу больше с ним жить. Сейчас позову бабушку, пусть собирается.”

Мы наняли грузовик и с впечатляющей скоростью собрали большую часть вещей. У моей старшей сестры тогда пустовала новенькая просторная квартира, мы все вместе поехали туда.

“Все, надоело! С меня хватит! Меня эта драма больше не касается!” – произнося эти слова как мантру, я целый день с пламенной яростью драила привезенную из злосчастного дома посуду.

Один и тот же сценарий, как заезженная пластинка, проигрывался на моих глазах миллион раз подряд. Мамин муж придумывал поводы, чтобы оскорблять ее при людях. Или изобретал предлог, чтобы унижать мою бабушку или меня на глазах у нее. Каждый раз моя мама страдала от нанесенных им эмоциональных увечий и втягивала в драму меня.

Мне давно следовало дистанцироваться от этих отношений супругов, но я проживала эту боль как собственную, настраивала маму на разрыв, болела душой за исход этой нездоровой ситуации. А потом они втихушку мирились и насилие заходило на новый виток.

Я чувствовала себя обворованной. Они оба крали у меня самое ценное. Несколько лет подряд моя жизненная сила приносилась в жертву этому адовому котлу просто потому, что я из кожи вон лезла, чтобы быть хорошей дочерью.