Книга Невеста для психопата, страница 47 – Елена Белая

Динамичный финансовый центр большой страны был вылизан до блеска. В каждом закоулке, в центре и на окраинах, на остановках, вокзалах и в новеньких станциях метро вы не сумели бы найти в этом городе и пылинки, до чего все сияло, как в хорошей больнице. Как чистые блюдца лучились и лица горожан. Местные жители были опрятны, веселы и приветливы. Немцы вокруг все время хохотали, пили пиво и обменивались комплиментами. Несмотря на то, что Франкфурт был крупным промышленным центром, здесь совсем не чувствовалось присущей мегаполисам напряженности и суеты.

Утром воскресного дня жители расслабленного мегаполиса собирались на долгие хлебосольные бранчи. Этот воскресный ритуал походил на национальный праздник беззаботной жизни. Веселая гурьба немцев просиживала за нарядными столами добрую часть дня, ни в чем себе не отказывая. Мне показалось, что во Франкфурте все у всех хорошо. Причем, общее благополучие, казалось, распространялось здесь даже на беженцев.

Во Франкфурте вы не встретите праздно слоняющихся по городским площадям арабов и африканцев, продающих туристам всякую дребедень, как в Милане. Не увидите стихийных рынков фальшивых брендовых сумок, разложенных на грязных простынях, как в Париже. В этом немецком городе все сверкает белоснежными скатертями, пестрит новенькими вывесками и улыбается чужеземными глазами довольных жизнью приезжих работяг. Словом, Франкфурт показался мне нарядной открыткой.

Что до Альфреда, то в течение всего уикэнда он, что есть мочи, старался держать свой скептицизм в узде. Мой друг чинно жевал любимые стейки с кровью в атмосферных местах, много пил, но старался быть душкой. Порции критики старательно сужались до размеров претензий по существу и адресовались в основном официантам. Однако, к концу третьего дня благость в настрое моего друга внезапно улетучилась.

“Я хотел бы, чтобы рядом со мной была женщина, способная разделить момент наслаждения игрой моего любимого чилийского композитора,” – гневно фыркнул он, когда я попыталась предложить послушать Цезарию Эвору вместо заунывной классической арии.

В тот вечер мне хотелось вилять бедрами, целоваться и кружиться в танце. Однако, гнев Альфреда на мой плебейский вкус мгновенно меня отрезвил. Вот так, будучи еще три дня назад ангелом во плоти и мечтой любого мужчины, в одну минуту я снова стала недостаточно хороша.

Вы удивитесь, но даже после этой сцены, которая напомнила мне сотню дискомфортных моментов в Альпах, Альфред всерьез рассчитывал, что будет навещать меня в Любляне. Как друг, как любовник, ну или как кто-то, удобно угнездившийся в нейтральной середине. Как бы не так.

Я закрыла эту дверь навсегда. Через пару лет он снова нарисовался с очередной инициативой, узнал, что я замужем и предложил мне свою искреннюю дружбу.

Я удалила его из скайпа одним движением твердой руки. В тот момент я была уверена, что больше никогда не позволю ни одному мужчине вызвать во мне колючее чувство стыда и ощущение собственной неполноценности. Однако, на безжалостном немце череда моих жестоких мужчин, увы, не закончилась. Как выяснилось позже, Альфреду было суждено выступить на разогреве перед появлением настоящей звезды этого жанра.