Онлайн книга «Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь»
|
Пришедшая в голову идея так развеселила Петро, что он громко расхохотался и снова заикал: — А что? И-ик… Снимем с Гуся портки… Самого…и-ик… положим у подклети… и-ик… Опосля посмеемся… и-ик. — Замерзнет у подклети-то. Да и девка — какая ж она девственна? Хозяин сказал — курва, — Онуфрий усмехнулся. Вообще-то идея с девкой начинала ему нравиться. Особенно если потом все свалить на дрыхнувшего Гуся. — А Офоньку все же вытащим, — икнул Петро. — Пусть знает, как спать. Мы его… и-ик… к утру во двор вытащим. А девку — сейчас… Бери вон, пищаль… и-ик… Нет, я сам возьму… Только чур я первый! Счас вытащим, а не подчинится… и‑ик… — Не, Петро, силком тащить не будем, — чуть подумав, возразил Красные Уши. В голове его уже родилась одна неплохая мыслишка… — Ну, взял свою пищаль? Идем… В темном подклете было сыро и холодно, что, в общем-то, ничуть не смущало Прохора и монаха — оба дрыхли, словно на лавке у себя дома. А вот Василиске что-то не спалось — и холодно было, и тоскливо. Да и муторно — как там Митька? Удастся ли ему отыскать обоз? Согласятся ли помочь обозные? Ох, помоги Господи! Девушка шепотом принялась читать молитву. И вдруг замолкла, услыхав приближающиеся снаружи шаги. — Эй, дева, не спишь? Кажется, кто-то из стражников. Ну-ка, что еще спросят? — Мы тут вам поесть принесли… Надо же! Поесть… Ширкнул засов. Распахнулась малая створка. Проснувшийся Анемподист высунул голову… — А ну назад! — Петро повел дулом пищали. Яркой красной искоркой грозно тлел в темноте зажженный фитиль. — Дева проснулась ли? — А чего надо? — откликнулась Василиска. — Шить умеешь? — ступил в переговоры Онуфрий. — Шить? — Девушка в недоумении пожала плечами. — Умею, а что? — Да, понимаешь, мы тут хозяйские паволоки изорвали случайно. Зашила б аккуратненько… — просительно скривился Красные Уши. — Мы б вас рыбкой покормили и березовицы бы плеснули — не жаль. — Паволоки, говоришь… — Василиска переглянулась с чернецом и проснувшимся Прошкой. Похоже, кроме этих двоих парней на постоялом дворе больше никого не было. А это шанс! Еще один, кроме Митьки. Глупо было не воспользоваться! — Только не вздумай… — начал было Прохор, да девчонка его не послушала, живо вынырнула наружу. И створка тут же захлопнулась, мягко въехал в пазы смазанный салом засов. — Только уж сделай милость, зашей получше. — Зашью… Где ваши паволоки-то? — Да в горнице… Ой, побыстрей бы — скоро хозяин вернется. Василиска поднялась в горницу следом за парнем с пищалью. Другой страж, красноухий, неотрывно шел сзади. Вот и горница. Тьма. Лишь тлеет зеленовато лампадка. — Вона, паволока-то… Нагнись, дева… Василиска всмотрелась… Накинутый ременный аркан вдруг сдавил горло так, что потемнело в глазах. Потные руки с силой дернули ветхое платье, обнажив грудь и живот, похотливо прошлись по бедру… — Ну что, попалась, дева?! Глава 10 Приказчик А яз им божился, и с ног свалился, и на бок ложился: не много у меня ржи, нет во мне лжи, истинно глаголю, воистину не лжу. Май 1603 г. Шугозерье — Тихвин Свернув к постоялому двору, конники помчались вскачь — а нечего уже было таиться: едва почуяв чужих, на разбойном дворе вскинулся лаять пес. Встал на задние лапы, натянув цепь, рвался… А в остальном все было тихо! Никто из избы не выходил. Странное дело, что они там все, поумирали, что ли? |