Онлайн книга «Шах и мат»
|
И мисс Арден залилась слезами. — Ах ты милая моя глупышка! – растрогался Ричард. – Чем, ну чем он может мне повредить? – Элис была заключена в объятия; Ричард расцеловал ее и ласково рассмеялся. – Его злоба уже выдохлась, и случилось это, когда он не дал мне взаймы, не пожелал протянуть дружескую руку, – а ведь мог бы спасти меня, ничем не рискуя. Впрочем, не сомневайся – я к нему с просьбой не обращался. Да, он вроде был мне другом – точнее, навязывался с услугами; словно бы хотел как лучше, – но не спрашивал моего мнения, пока не настал критический момент. Ни за что на свете я не обратился бы к нему – стоит ли отдельно об этом упоминать? Но дело сделано, и теперь совершенно ясно: Лонгклюз упивался бы моим крахом, если бы на помощь не пришел дядя Дэвид. Я уверен, Элис, что для своего и твоего блага мне следует жениться – это будет лучшее решение, – несколько неожиданно выдает сэр Ричард, выдержав перед этой итоговой фразой изрядную паузу. Элис глядит на брата, неуверенная, что он говорит серьезно. — Да-да – жениться. Сейчас это единственный достойный способ поправить наши дела. — А разве у нас совсем нет времени? — Может, и есть немного; надеюсь, что есть. Только у меня ощущение, будто епископ и бейлиф бегут за мной наперегонки – кто первый меня настигнет, тому я и достанусь. И если некая леди будет столь добросердечна, чтобы протянуть руку бедняге утопающему, то лучше бы ей… — Осторожнее, Дик! Как бы этот утопающий не утащил с собой и добросердечную леди! Не кажется тебе, что сначала надо понять, на какие средства ты будешь вести семейную жизнь? — О, средств предостаточно; тут я не сомневаюсь. — Что же это за средства? — Приданое моей жены. — Ах, ты ни минуточки не можешь побыть серьезным! Не лучше ли привести дела в относительный порядок, чтобы невеста имела ясное представление о том, чего ты стоишь? — А вот и нет: не нужно ей об этом знать. Пускай задействует воображение; точная информация невесте ни к чему. Любая чувствительная женщина предпочтет выйти за меня именно так – в неведении о моих делах. — Я не понимаю, Дик. — Да ведь это просто: какая леди пойдет за меня, если я открою истинное положение дел? Не дальновиднее ли будет обратиться к избраннице с такой речью: «О моя Анджелина – или как там ее будут звать, – ты видишь пред собою сэра Ричарда Ардена, хозяина поместий в Йоркшире, Мидлэсексе и Девоншире, то есть человека, имеющего земли по всей Англии, и на севере ее, и на юге. Этими землями Ардены владеют со времен Вильгельма Завоевателя, и все там дышит стариной – кроме закладных, конечно. Я никогда не мог уразуметь, какой доход приносит рента и сколько идет на уплату кредиторам. Но вот я стою здесь, отнюдь не истощенный, в недурно пошитом платье, и надеюсь, что и телесный мой вид, и одежда неким образом утверждают, что поместья, даже и в таком состоянии, способны прокормить английского джентльмена – к слову, баронета. Сию великолепную неразбериху я бросаю к твоим ногам, пылая страстью и суля преданность твоей личной собственности!» Да, Элис, так куда лучше, нежели явиться к женщине с балансовой ведомостью и сказать: «Сударыня, я предлагаю вам руку и вот этот отчет о доходах и расходах от моих имений, надеясь, что точные цифры скрасят разочарование, которое вы неминуемо испытаете, узнав о предмете моих трат. Сия бумага недвусмысленно сообщает, что мой годовой доход равен пятнадцати шиллингам, ни пенни более, ни пенни менее. Кроме того, по разнообразию моих долгов вы можете сделать выводы о необъятности моего кредита. Делая вам предложение, я уповаю на вашу любовь к точности и страсть к арифметике; если ваши чувства таковы, гроссбухи моего управляющего станут для вас неиссякаемым источником наслаждений и даруют вам бессчетные поводы продемонстрировать всепрощение». Так-то, Элис. А впрочем, у меня действительно есть время оглядеться – и я вижу, что ты утомлена. Продолжим разговор с утра, за завтраком. Я еще ничего не решил; я поступлю так, как будет угодно тебе. А сейчас ложись спать, голубка моя, – вид у тебя измученный! |