Книга Опасная встреча, страница 44 – Эрнст Юнгер

Неразбериха явно свидетельствовала о том, что Сюрден, по словам Добровски, «еще не имел чести встречаться с убийцами». Это был толстый, любивший хорошо позавтракать добряк. Сюда, в мирный квартал позади Мадлен, его перевели после того, как он много лет охранял вокзалы по случаю приездов знатных вельмож. Сюрден знал и почитал их всех, от Чулалонгкорна^[49] до принца Уэльского. И до сих пор испытывал благоговейный трепет, когда ему предъявляли визитную карточку сенатора или дипломатический паспорт, как маленький пруссак. Еще повезло – Сюрден записал адрес.

С появлением Добровски сумятица улеглась. Не особо перемещаясь, инспектор, казалось, находился везде. Он распорядился провести медицинское освидетельствование трупа и тщательный обыск здания. По его особой системе площадь разбили на мелкие квадраты. Двери заперли и взяли под охрану, служащих и посетителей распределили по разным комнатам, поодиночке или группами. Во втором случае к ним подсаживали тайных агентов, не просто наблюдавших за людьми, но благодаря особым приемам умевших развязывать языки.

Походило на маневр – так рыбаки привычно вытаскивают сети и разбирают улов. Расставив людей и внимательно осмотрев коридор, Добровски спустился в ресторан. Там он велел убрать ширмы, делившие помещение на кабинеты, и в центре поставить стол для себя и протоколиста. Освещение усилили яркими полицейскими лампами. Они высветили и труп, лежавший на соседнем столе. Судебный врач успел записать первые данные. Присутствовал также доктор Безансон, он ухаживал за мадам Стефанией. «Это не обычный кризис – это удар бамбуковой палкой», – сказал доктор, прежде служивший в Индокитае. Поэтому инспектор не мог поговорить с важнейшей свидетельницей. Только она знала имена гостей, которые стремились не оставлять никаких следов своего визита.

Скоро Добровски ждал первый успех. Покойницу звали Лиана делла Роза, по крайней мере, таково было ее сценическое имя; под ним она играла еще вчера вечером. Делла Роза уже несколько недель выступала в театре «Олимпия» – мюзик-холле на бульваре Капуцинок. Ежевечерняя программа состояла из трех частей – нескольких избранных номеров варьете, современного балета в середине и оперетты в конце. Лиана солировала в балете. Восхитительное тело танцовщицы вызывало настоящий фурор, но, к сожалению, она не обладала певческим голосом. А потому, как правило, уходила из театра в начале второго антракта, около десяти. Незадолго до одиннадцати Бурден открыла дверь ей и ее спутнику.

Информация об этом спутнике пока отсутствовала. Тем временем инспектор кое-что разузнал о танцовщице: Лиане делла Розе было двадцать лет, натура сангвиническая, всеобщая любимица. И коллеги, и Лагоанер, директор, отзывались о ней исключительно хорошо. В «Золотом колоколе» она появлялась нередко, но с разными кавалерами. Странно, что мужчины средних лет делла Розу не интересовали: ее видели либо с юнцами, либо со стариками – она четко разграничивала сердце и рассудок. Только «или – или», а не «и – и».

Но ведь последнего ее спутника непременно видели, по крайней мере когда он входил в гостиницу. Возможно, его здесь знали. Добровски велел привести Бурден, а также мадам, невзирая на протесты доктора, худо-бедно поставившего ее на ноги посредством мокко и едких эссенций.