Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 122 – Алёна Моденская

Антон топал по краю тротуарной дорожки напряжённо и жёстко, как робот. Руки в карманах, смотрел под ноги. Откуда-то взялась тёмная кепка, надвинутая на брови. Антон прошёл по скверу, коротко осмотрелся, перешёл улицу.

Машина медленно ехала следом. Антон зашёл в проулок, водитель прибавил скорость. Машина его нагнала, Игнатьев быстро открыл дверь и затащил Антона в салон.

— Не дёргайся! — тихо приказал Игнатьев, зажимая Антону рот.

Антон только вращал выпученными глазищами.

Игнатьев медленно убрал руку от его лица.

— Ты как здесь? — только и спросил Новиков.

— Я… я это, — растерянно блеял Антон, бегая глазками. — Просто… это… хотел… гулять… нельзя же… а я это…

Игнатьев глухо двинул ему под рёбра, от чего Антон сдавленно охнул и согнулся, упав грудью на колени.

— Эй! — возмутился Новиков, за что чуть не получил локтем в челюсть. Хорошо, что успел увернуться.

— Я тебе сейчас башку прострелю! — пообещал Игнатьев, приставляя к голове Антона тонкий ствол пистолета. — Что ты здесь забыл? Кто тебя послал? Отвечать!

— Ничего не знаю, — просипел Антон. — Никто… никого не видел.

Игнатьев вытащил у него из-под руки какой-то бумажный пакет. Быстро осмотрел.

— Посылка. Адресована Коле Петрову. На тот самый адрес. — Дальше Игнатьев, продолжая упираться стволом в лоб Антона, обшарил его карманы. Достал какую-то бумажку. Развернул и прочитал: — Справка об освобождении. Выдана Николаю Петрову. Кто этот Петров? Ну?

— Не знаю, — выдохнул Антон, мотая головой.

— Погодите, — придержал чекиста за руку Новиков. Потом обратился к Антону: — Слушай, объясни уже, что стряслось. Куда ты пропал? Что вообще происходит?

Антон молчал.

— Кто бы чего тебе ни наговорил, — медленно произнёс Новиков, — они тебя обманули. Мы тебе не враги.

Антон только косо глянул на Игнатьева.

— Сейчас поедем в местный отдел, — сквозь зубы процедил Игнатьев. — А там все средства будут хороши.

— Не надо, — быстро произнёс Новиков. — Антон! Ну включи голову! Расскажи уже, что стряслось!

— Ничего не скажу. Делайте что хотите, — шёпотом произнёс Антон, глядя в одну точку.

— Вот и отлично, — спокойно проговорил Игнатьев и обратился к водителю: — Поехали.

— Погодите, — снова остановил их Новиков. Соображать приходилось быстро, причём без оглядки на логику и возможную ошибку. Как говорится, ва-банк. — Антон, это Лёня Ивашкевич, да? Он тебе чего-то наговорил? Что его пытались убить?

Антон только косо глянул на Новикова.

— Ясно. Он якобы инсценировал свою смерть, да? — продолжал Новиков, не зная пока, насколько попадал в цель. — Что за ним давно следят, что все замазаны. Что уже убили Кравчука и Ткач, а Эмму с матерью задержали. Что он — следующий. Всё так?

Антон только молча сопел.

— Понятно. — Новиков помолчал. — Кем он тебе сказался? Агентом КГБ? Или контрразведчиком?

Антон едва заметно дёрнул головой и глянул в сторону.

— Контрразведка. СМЕРШ, да? — Новиков против воли улыбнулся. — А мы якобы работаем на шпионов?

Антон коротко глянул на Игнатьева.

— Н-да, — протянул Новиков. Трудно будет. Он не смог переубедить Антона по поводу обожаемой Эммочки, где уж теперь внушить ему, что Игнатьев — не вражеский агент.

— Поехали, — коротко скомандовал Игнатьев.

Скоро они подкатили к приземистому зданию на окраине города. Вроде симпатичный дом, но мрачноватый. Три этажа красного кирпича, глухой забор с пропускной системой.