Онлайн книга «Зловещие маски Корсакова»
|
Все, что касалось Фарука и фон Гельдерна, а также других видных участников Конклава, Владимир внес в записную книжку, которую регулярно листал, хоть и помнил все ее содержимое наизусть. О третьей своей задаче Корсаков не говорил никому, но для него она была чуть ли не самой важной. Среди собравшихся на Конклав должны были найтись знатоки оккультных практик, которые могли бы подсказать, что ему делать с темным двойником, поселившимся внутри. Перчатки полковника продолжали подавлять его проявления, но Владимир все же хотел найти более перманентное решение проблемы. Желательно такое, что не приведет к его собственной гибели, если чудесное исцеление в Болгарии действительно окажется связанным с присутствием потустороннего духа. Поезд меж тем замедлял ход. В правом окне вырастал жуткий железнодорожно-портовый комплекс, зато в левом виднелись симпатичные городские домики. Паровоз, тяжко пыхтя, прополз в пролом между двумя бастионами и через пару минут остановился у вокзального перрона. Владимир покинул порядком осточертевшее купе и ступил на венецианскую землю, высматривая носильщика. Вопреки обыкновению, его багаж на этот раз состоял из единственного сундука – вынужденная уступка международному путешествию. Корсаков не был уверен, что таможенники, буде им придет в голову идея досмотреть его вещи, с пониманием отнесутся к обширному набору оккультных приспособлений или окажутся достаточно сребролюбивыми, чтобы закрыть на них глаза. Вот и пришлось брать лишь наиболее необходимые и безобидно выглядящие вещи. То же касалось и оружия, тем более что верный револьвер так и сгинул в пещере под Чертовым озером. Временное оружие Корсаков, конечно, себе нашел, но заменить ле ма британскому веблею не удалось. Дабы избежать излишнего внимания, новый револьвер он планировал добыть через своих итальянских друзей. Теперь, с одной только шпагой в трости, Владимир чувствовал себя довольно неуютно. Корсаков нашел-таки носильщика и в его сопровождении покинул наполненное шумной и разноязыкой толпой здание вокзала Санта-Лючия[28]. Станционная площадь упиралась прямо в Большой канал, по которому скользили лодки и гондолы. Взгляд притягивал массивный силуэт церкви Святого Симеона с высоким, позеленевшим от времени куполом. Владимир принялся озираться, пытаясь высмотреть встречающих, когда услышал грубовато-насмешливый окрик: – Ehi, Korsakov, vieni qua, stronzo![29] По-итальянски Владимир говорил достаточно хорошо и без труда уяснил три вещи. Во-первых, обращались к нему. Во-вторых, кричавший хотел привлечь внимание. В-третьих, его явно только что обозвали. Источник вопля обнаружился на пристани Большого канала. Владимиру махал весьма примечательный парень, лениво присевший на оставленный кем-то ящик. Одет он был с тщательно выверенной элегантной небрежностью. На плечи спадали светлые кудрявые волосы, а лукавая улыбка и весело искрящийся взгляд карих глаз грозили ввергнуть в пучину греха даже самую истовую монашку, окажись она в радиусе пары кварталов. Корсаков страдальчески вздохнул и прокричал в ответ: — Галеаццо ди Бонавита-и-Орсини, ты сейчас на дуэль нарваться хочешь? — Я всегда к твоим услугам, но, если оскорбленная сторона сочтет бутылку хорошего вина достаточным извинением, это сэкономит нам много сил и времени! |