Книга Зловещие маски Корсакова, страница 186 – Игорь Евдокимов

Проклятие начало действовать. Десятки людей кричали, рычали, стонали от боли, корчась в муках и содрогаясь от спазмов. Кому-то еще хватало сил держаться за голову. Однако ужасными были не картины всеобщего страдания. Кардинал Бриганти сказал, что вспышка памяти проложит путь для существ из иных миров. Но даже он вряд ли мог предположить, что вратами для пришельцев станут сами люди.

Словно вскрытые нарывы реальности, тела начали сиять изнутри – не жаром и не светом, но чуждым, болезненным излучением, будто в каждом из жертв проклятия пробуждался личный ад. Из глазниц текла не кровь, а дым, густой и черный.

Первым рухнул старик в ложе над авансценой. Его грудная клетка медленно раздвинулась в стороны, как створки дверей, выпуская из себя тень с венцом из расплавленного золота. В ложе слева женщина с жемчужной диадемой вдруг вскочила, выламывая себе пальцы один за другим. Сломанные фаланги принялись расти, выпуская тонкие побеги, усыпанные крошечными масками, повторявшими выражение ужаса на ее лице.

Пол внизу, между кресел, начал пузыриться, как кожа, покрытая ожогами, и в швах обивки проступили черные смолистые корни, которые тянулись к вскочившим со своих мест людям, опутывая их ноги. Изо рта мужчины в соседней ложе выплеснулась паутина, по нитям которой, изливаясь следом, ползли черные извивающиеся силуэты. У кого-то из плеч начали расти рога – поначалу похожие на оленьи, но по мере роста покрывавшиеся глазами, следившими за всеми в зале. На партер опустилось нечто, напоминающее гигантского паука, сплетенного из детских волос, с черепом козленка вместо головы. Оно мягко коснулось одной из женщин лапой – и та рассыпалась ворохом одежды, будто никогда не существовала.

— Защитные круги! Быстрее! – прокричал Лоредан, силясь перекрыть творящийся в зале ужас. Услышали его не все, но, надо отдать должное людям, что постоянно сталкивались со сверхъестественными ужасами: разум кое-где возобладал, и голоса начали передавать его команду по залу. Даже понимая тщетность усилий, Конклав собирался сопротивляться чуждому разуму, что вползал в оперный зал.

— Помогайте! – уже тише, но столь же властно приказал Лоредан собравшимся в ложе. Старейшины, Вильбуа, Франческа и Галеаццо принялись окружать пространство вокруг себя защитными линиями и символами.

«Лишь бы он успел остановить этот кошмар, – подумала Франческа, царапая возвращенной саблей глаз Гора на полу. – Лишь бы он успел!»

1881 год, октябрь, Венеция, церковь Мадонна-дель-Орто, несколькими минутами ранее

Старая венецианская церковь Мадонна-дель-Орто уже несколько месяцев стояла закрытой на реставрацию. Площадь перед ее величественным фасадом превратилась не то в лабиринт, не то в горную цепь из строительных материалов и мусора. Сломанный фонарь на углу раскачивался на ржавом крюке, слабо постукивая о стену. И, хотя прихожане то и дело задавались вопросом, когда же ее откроют, никто не мог вспомнить, когда в последний раз видел вокруг здания рабочих. И трудяг можно понять – мало кто захочет работать, когда каждый новый день приносил новые несчастные случаи. Некоторые – со смертельным исходом…

Внутри церковь была пустой и гулкой, как старый склеп. Бесценные фрески и украшения закрыты брезентом. На окнах – грубые импровизированные ставни из досок и полотнища из ткани. Вдоль стен, а местами и прямо в центре зала росли многочисленные строительные леса. Некоторые взмывали аж под самый потолок. Шаткие конструкции соединялись друг с другом хлипкими деревянными мостками.