Книга Пропавшая книга Шелторпов, страница 57 – Анна Свирская

Айрис испытала что-то похожее, когда читала самый первый рассказ Этериджа. Страх крадущейся по дому девушки был её страхом. Очень, очень странное чувство. Получается, не она одна подобное испытывала?

Она так сильно сжала пальцы, что печенье, о котором она совсем забыла, раскрошилось и выпало у неё из рук. Кусочки посыпались ей на брюки.

— Извините. – Айрис принялась собирать крошки в салфетку. – Такое хрупкое…

Она была даже рада этой короткой передышке.

Садясь на поезд в Оксфорд, она ожидала услышать историю о книжных раритетах, о книге, за которой охотятся букинисты, но никак не это… Не рассказ о страшно обезображенном писателе-затворнике и богаче, считающем его книги откровениями. Самое жуткое: она тоже думала, что в книгах Питера Этериджа что-то было. Что-то не поддающееся объяснению.

— А вы, профессор, тоже такое чувствовали? – спросила Айрис.

— Нет, никогда. Но я читал его книги как редактор. А это совершенно иной способ чтения. Ты внимательно следишь за структурой предложений, за ритмом, за стилем, не можешь отвлечься от формы и сосредоточиться полностью на содержании. Если что-то там и было, оно проскользнуло мимо меня. Хотя… Я думаю, это всё игра воображения. Удачно подобранные фразы, которые откликаются в другом человеке, – ничего больше.

— И тем не менее кто-то готов платить за это тысячи фунтов.

— Этот человек очень богат. И если ему захотелось получить книгу с собственноручной подписью Этериджа, цена его не смутит. Да и коллекционеры в целом странные люди, они бывают настолько одержимы, что их поступки и траты со стороны кажутся безумными.

Айрис прикусила губу. На языке крутился вопрос, но надо было задать его так, чтобы он не прозвучал как обвинение.

— Скажите, а ваш знакомый мог бы, скажем… Я не говорю, что он стал бы красть книгу… Но мог бы он кого-то послать? – Заметив, как Ментон-Уайт меняется в лице, Айрис добавила: – К примеру, он попросил какого-то букиниста раздобыть ему книгу, тот её нашёл, но когда владелец отказался продавать, просто-напросто выкрал.

— Нет! – заявил Ментон-Уайт. – Это просто невозможно, чтобы такой человек был замешан в воровстве или чём-то подобном! Исключено! Он джентльмен. Что касается букинистов… Не могу представить ни одного из тех, кого я знаю, ворующим книгу. Не могу, – он решительно покачал головой. – И вряд ли мой знакомый вообще знает о существовании того самого «Ворона» с автографом. Откуда?

— Узнала же я, хотя даже не интересовалась Этериджем. И он мог. Нет, не подумайте, что я в чём-то его обвиняю!

— А вы знаете, что за надпись была на той книге? – спросил Ментон-Уайт.

— Нет. Никто её не читал или не запомнил. Наверное, что-то заурядное вроде «С наилучшими пожеланиями».

— Не уверен. – Ментон-Уайт встал из-за стола. – Сейчас я покажу, что написано у меня в «Глазах Орфея».

Стекло в дверце громко задребезжало, когда Ментон-Уайт открыл шкаф. Он пробежался глазами по полкам и достал с одной из верхних книжку в мягком серо-коричневом переплёте.

— Вот, посмотрите. – Он подошёл к столу и протянул книгу Айрис.

Она открыла её на середине.

Бумага была сероватая и шершавая, а шрифт непривычно мелкий.

— Да, выглядит не очень, – вздохнул Ментон-Уайт. – После войны не так много времени прошло. Экономили на всём, на чём могли.