Книга Ненужная избранница дракона, страница 70 – Виолетта Вейл

— Как трогательно, — сказала она. — Все беглые тайны в одной комнате.

Каэл сделал шаг к зеркалу.

— Мирена.

— Не говори со мной так, будто я провинившаяся девочка.

— Тогда не веди себя как убийца.

Ее лицо исказилось на миг.

— Я никого не убивала.

— Ренк мертв.

— Ренк был слаб.

Вот теперь маски не осталось.

И от этого она стала не менее опасной, а страшнее. Мирена без мягкости оказалась не истеричной злодейкой, а женщиной, которая слишком долго готовилась к роли и теперь не собиралась отдавать ее живой случайности.

Она перевела взгляд на меня.

— Ты должна была остаться тихой, Лиара. Тебе даже дали милость — жить в стороне, не помнить, не страдать от правды.

— Милость с печатями?

— Иногда печати спасают слабых от них самих.

— Вы говорите словами Эдмара.

— А ты словами мертвой матери, которую даже не помнишь.

Удар был точным.

Серебряная нить на запястье вспыхнула болью, но я не отвела взгляд.

— Значит, вы признаете, что знали о Мариане.

Мирена улыбнулась.

— Я знаю о тебе больше, чем ты сама. И Каэл тоже скоро узнает. Весь совет узнает, что в теле Лиары Велисс стоит чужая душа без имени.

Каэл резко сказал:

— Довольно.

— Нет, — она посмотрела на него, и в голосе вдруг появилась настоящая боль. — Довольно было тогда, когда ты позволил Зерцалу унизить меня при всем дворе. Довольно было, когда ты встал между ней и советом. Довольно было, когда ты смотрел на нее так, будто она не ошибка.

— Ты подбросила осколок.

— Я пыталась вернуть все на место.

— Ты убила Ренка.

— Нет. Его убила печать, которую ставила не я.

Вот это было правдой.

Не полной, но правдой. Я почувствовала это кожей. Мирена могла заставить его написать записку, могла использовать шантаж и камень, могла отправить его к башне. Но печать молчания, скорее всего, поставил кто-то другой.

Эдмар.

Мирена была рукой. Не всей головой.

— Где Эдмар? — спросила я.

Она посмотрела на меня с ненавистью.

— Там, где должен быть глава этого дома. В зале совета. Он уже объявляет тебя опасной чужачкой, которая околдовала наследника и похитила лекаря, свидетеля совета и бывшую хранительницу.

Арвен поднял руку:

— Хочу заметить, меня никто не похищал. Я пошел сам, что говорит плохо обо мне, но не о ней.

Мирена даже не взглянула на него.

— Через час совет придет сюда. Через два королева получит прошение о проверке твоей души. Через три Каэл должен будет выбрать: род или ты.

Селена тихо сказала:

— Значит, Эдмар торопится.

— Конечно, — ответила Мирена. — Потому что вы тоже.

Она подняла руку к голубому камню на шее.

Темная нить, связанная с плечом Каэла, вспыхнула.

Он резко согнулся.

Я почувствовала удар через связь так остро, будто черный крючок вонзился в мое собственное плечо.

— Каэл!

Арвен бросился к нему, но Селена уже шагнула к зеркалу.

— Разорви связь! — крикнула она мне.

— Как?

— Ты хранительница. Отрази!

Зеркало. Не стена.

Я подняла руку с серебряной нитью и представила не щит, а гладкую поверхность между Каэлом и темной ниткой. Не впустить. Вернуть.

Мирена поняла слишком поздно.

Серебряный свет ударил из моего запястья в зеркало без рамы. Темная нить дернулась, пошла обратно, и голубой камень на шее Мирены треснул с таким звуком, будто раскололся лед.

Она вскрикнула.

Каэл упал на одно колено, тяжело дыша, но черные линии на его плече погасли.