Книга Плохая мачеха драконьих близнецов, страница 93 – Диана Фурсова

Лира моргнула.

Риан тоже.

— Вы нас ждали? — спросила девочка.

— А то, — буркнула Грета. — Булочки сами себя не съедят.

И в этом грубоватом кухонном ответе было столько настоящего, что Лира вдруг тихо засмеялась.

Смех покатился по двору маленьким тёплым звуком.

Нисса всхлипнула сильнее.

Марта закрыла глаза.

Каэль помог детям выйти из саней. Риан, ступив на землю, вдруг покачнулся от усталости, но не упал: Каэль подхватил его за плечи, а Элиана, стоявшая рядом, удержала Лиру, которая потянулась к брату.

Все трое оказались близко. Очень близко.

Риан поднял глаза на отца.

— Я не хотел пламя.

— Знаю.

— Я буду учиться.

— Будем учиться, — сказал Каэль.

Мальчик перевёл взгляд на Элиану.

— Она тоже?

Каэль посмотрел на неё.

— Если захочет.

Элиана ответила без паузы:

— Захочет.

Риан кивнул, будто это было включено в новый договор.

У входа в замок стояла Селеста.

Она не спускалась во двор, но её было видно в свете раскрытых дверей: белое лицо, тёмные волосы, идеальная осанка. Рядом с ней — Дорена под надзором одного из людей Арлена. Лицо бывшей распорядительницы было серым, губы плотно сжаты.

Каэль увидел их тоже.

— Детей внутрь, — сказал он. — В малую столовую. Марта, Нисса, Грета. Эвен — с лошадкой. Совет — в большой зал. Дорн, подготовьте книги и подложное распоряжение. Арлен, Орса и человека Совета под стражу до разговора.

Слово «под стражу» он произнёс так буднично, что Орс, стоявший у ворот с опущенной головой, вздрогнул сильнее, чем от крика.

Элиана хотела пойти с детьми, но Каэль задержал её взглядом.

— Ты нужна в зале.

Лира сразу вцепилась в её руку.

— Она же сказала чай.

Вот так просто.

Не «леди Рейвар». Не «мачеха». Не «защитница». Просто — она сказала. Значит, должно быть.

Элиана посмотрела на Каэля.

Он медленно выдохнул.

— Пять минут в малой столовой. Потом зал.

— Десять, — сказал Риан.

Каэль поднял бровь.

— Ты торгуешься после такой ночи?

— Я учусь правилам.

Элиана отвернулась, чтобы не улыбнуться слишком явно.

— Семь, — сказал Каэль.

— И булочка, — добавила Лира.

Грета довольно хмыкнула:

— Вот это уже разговор.

Большой зал через четверть часа выглядел совсем иначе, чем во время бала.

Тогда свечи, музыка и серебро пытались скрыть напряжение. Теперь скрывать было нечего. На длинном столе лежали подложное распоряжение, книга домашних признаний, дневник прежней Элианы, письма Селесты, списки Дорены, записи караула и рисунок Лиры с башней.

Совет сидел с одной стороны.

Каэль — с другой.

Элиана рядом с ним.

Не у стены. Не в тени. Рядом.

Селеста стояла чуть в стороне, всё ещё безупречная, но уже не спокойная. Дорена держалась прямо, как человек, решивший не сдаваться, даже если вокруг сужается круг.

Старший советник начал:

— После произошедшего Совет обязан установить, кто организовал вывоз детей из замка до окончания признанного домашнего разбирательства.

Каэль положил на стол подложное распоряжение.

— Начнём с этого.

Орса ввели первым.

Он не стал отпираться долго. Возможно, потому что увидел Риана в малой столовой живым и понял, насколько страшно ошибся. Возможно, потому что Каэль смотрел на него не как на врага, а как на человека, который предал доверие детей.

Это было хуже.

— Я получил распоряжение через Дорену, — сказал Орс. — Она сказала, что приказ пришёл от его светлости через род Вейр, чтобы избежать столкновения с Советом. Печать была на месте. Я… поверил.