Книга Эмма Дженкинс, страница 61 – Елена Владимировна Добрынина

И тут же поморщилась от того, как пафосно это прозвучало. Маленькая Эмма, впечатлительная и избалованная, как собачка, которую носят на руках, спасает служебного пса от стаи волков. Как бы то ни было, выбор был сделан.

Остаток ночи я провела в привокзальной гостинице – боялась ехать ночью неведомо куда. Место оказалось ужасным – грязная клетушка с раскладушкой. Поспать толком не удалось: боялась, как бы не украли сумку с деньгами. Внешность также пришлось сменить на мальчишескую: одинокая девушка явно вызвала бы нездоровый интерес. С наступлением утра я с радостью покинула это пристанище бродяжек. В справочной получила список недорогих, но приличных гостиниц Лиденбурга и, выбрав наугад одну из них, наняла извозчика.

Гостиница с незатейливым названием «Вкусно и уютно» располагалась на окраине столицы. На первом этаже находилась одноименная ресторация, а на втором этаже были номера. Кровать, стол, стул и умывальник с зеркалом – вот и вся обстановка. Зато чистенько и недорого. Жутко хотелось спать, но узнать, годится ли моя идея, хотелось еще больше.

Я сняла мамин медальон, покрутила его в руке, затем извлекла из сумки дорожный маникюрный набор с острыми ножничками. Как следует вымыла руки с мылом, а затем, на выдохе, как делал Лестер, ткнула острием в палец левой руки.

Больно было ужасно, даже слезы выступили. Морщась, я выдавила несколько капель крови на медальон, пробубнила «исполни клятву» и поскорее засунула травмированный палец в рот. Выглядело все это, должно быть, крайне нелепо. Да и результата никакого не было. Не раздался гром небесный, не явился призрак, и вообще ничегошеньки не изменилось. Только палец болел. Подождав немного, я спустилась вниз, в ресторацию. Заказала у добродушной хозяйки омлет и кофе и затаилась за столиком в углу, откуда было хорошо видно входную дверь. Ела медленно, тянула время, а заодно раздумывала, что же я буду делать, если мои ожидания не оправдаются. Запасного плана у меня не было. Поэтому решено было уделить внимание простым радостям жизни (еда и правда оказалась вкусной), листать купленную за мелкую монету газету и периодически посматривать на входящих в двери.

Так продолжалось очень долго. Я объелась, узнала все местные сплетни и изучила финансовые сводки, выпила три чашки кофе и все равно чуть было не уснула. И уже готова была сдаться и пойти наверх поспать, когда в ресторацию, наконец-то, вошел тот, кого я тут и поджидала. Эверт Диксон собственной персоной. Выглядел он неряшливо и помято: каштановые вихры падали на глаза, на левой скуле наливался свежий кровоподтек, ворот несвежей светло-серой рубашки расстегнут, жилет нараспашку. Он огляделся, повесил пальто на спинку стула и разместился за ближайшим столиком. Провел руками по волосам и призывно улыбнулся хозяйке.

— Милейшая, не найдется ли у вас завтрака для усталого бойца, всю ночь отважно сражавшегося с честью… То есть за честь прекрасной дамы?

Я только головой покачала. Мист Шут Гороховый в своем репертуаре.

К моему удивлению, хозяйка одобрительно засмеялась, захлопотала и через несколько минут уже ставила на стол перед этим нахалом яичницу с беконом, кровяную колбасу, тосты с маслом и джемом, дымящуюся чашку отвара и еще какой-то напиток в кувшинчике.