Книга Эмма Дженкинс, страница 84 – Елена Владимировна Добрынина

— Ну и как же?

— «Тем самым Источник защищает чад своих от большой опасности», – нравоучительно повторил за священником мой спутник.

— Ерунда какая-то.

— Не скажи, тут есть над чем подумать.

К этому времени мы уже покинули территорию Обители и шагали вниз, к первому ярусу острова.

— Я бы не отказался от чего-нибудь бодрящего, – сменил тему Диксон. – Спать хочется ужасно. Одна радость: еще несколько таких заходов, и деньжат я заработаю вполне прилично.

Вот тут мой самоконтроль и дал сбой. Все негодование последних дней поднялось внутри волной и выплеснулось наружу.

— Демоны тебя пожри, ты так спокойно об этом говоришь! Какое лицемерие! И ты еще смеешь что-то говорить о благочестии!

Диксон удивленно и с некоторым опасением смотрел на меня, словно на забавную, но агрессивную зверюшку. А я уже не могла остановиться.

— Ты за деньги проводишь время с богатенькими дамами. Демон с тобой! Но хвастаться этим вот так?!

— Прости, что? – оторопел менталист.

— Да-да, я слышала ваш с Марисой разговор, она обещала не давать тебе спать ночью. И другие мерзкие вещи! – я с вызовом смотрела в его голубые глаза, ожидая, что он скажет в свое оправдание.

Тот замер на мгновение, затем глубоко вздохнул: – Воробушек… – снова глубокий вдох. И вдруг этот бесстыжий тип громко и от души расхохотался.

Я растерянно смотрела на него. А негодяй уже сгибался от хохота, вытирая слезы тыльной стороной ладони. И когда я почувствовала непреодолимое желание добить его, чтобы не мучился, он, наконец, выдохнул и сдавленно произнес:

— Карты, горе луковое. Мариса большая любительница бриджа. На этой почве мы и сдружились.

— Но как же, – я беспомощно оглянулась, – тебе же нельзя!

— Тс-с! – Эверт приложил палец к губам. – Давай-ка найдем другое место для разговоров. А то с твоими сомнительными рекомендациями я уже начинаю опасаться за свою честь. Вон та пожилая мэм, например, как-то плотоядно на меня смотрит.

И правда, одна дама с большим интересом смотрела в нашу сторону. Не удивлюсь, если это главная местная сплетница. А щеки и уши горели от стыда. Да, Эмма, поздравляю, ты опять села в лужу!

Я молча плелась за жертвой моих подозрений. Карты! Демонова кочерыжка! Эмма, опять ты начиталась дурацких романов! А все же «братец» мой тот еще прохвост! Карты и дар менталиста… Это несовместимо!

У магов ограничений больше, чем у простых людей. Менталистов и эмпатов это касается в первую очередь. Им нельзя использовать свой дар на людях без соответствующего разрешения, пить спиртное, а также играть в азартные игры. И если запрет на горячительные напитки защищает разум окружающих, то последнее табу бережет исключительно их кошельки. Слишком уж велико преимущество магов разума перед остальными – и наделенными даром, и нет. Поэтому в залах, где идут серьезные игры, обязательно присутствуют проверяющие, чтобы не один менталист туда не просочился. Ну а если маг разума может скрывать свою ауру иллюзией, то для него открываются весьма заманчивые перспективы. Рискованные, правда.

— Жулик, – буркнула я себе под нос, но Диксон услышал.

— Отрадно видеть, что я расту в твоих глазах. Несколько мгновений назад меня вообще считали непонятно кем.

— Надо было сразу сознаваться в своих грехах, чтоб не приписывали чужих.