Книга Маяк, страница 62 – Татьяна Андреева

Когда Киан поручил отнести лекарство Бальтазару, Элли понадеялась на помощь Даниэля, однако тому пришлось задержаться во флигеле.

У подножья башни ей посчастливилось (так она тогда думала) встретить служанку. Девушка с порожним и оттого лёгким ведром как раз перемахнула через последние три ступеньки, когда её перехватила Элиз. Морщинки на лице горничной разглаживались, по мере того как до неё доходила суть изложенной жестами просьбы. Теперь Элли понимала, что сама вложила оружие недоброжелательнице в руки. Ведь подробные указания девицы привели её не в кабинет Бальтазара, а прямиком в его спальню, да ещё и в момент, когда хозяин был внутри.

Элли ругала себя за нерасторопность. Если бы оставила пузырёк на столе и сразу покинула помещение, а не отвлеклась на окно и не поддалась иллюзии полёта по разодранному на серые клочки небу, ей не пришлось бы столкнуться с реальностью, казавшейся по прошествии нескольких недель лишь сном.

Двое наедине, мужская нагота, брошенная кое-как одежда, — всё это возвращало Элиз к событию, которое она повседневными делами старалась вытравить из памяти. Но как это сделать, если он снова близко, хмурый, бледный, едва сдерживающий боль?

При мысли о скрытых мучениях Элиз ощутила гладкость стекла в ладони. Осознание очередной оплошности замедлило её ход. Только благодаря этому она не налетела на Даниэля, вывернувшего из-за круглой стены. Тот шёл наверх, пока не наткнулся на живую преграду.

— Элли! — просиял Даниэль, а затем, вглядываясь в её лицо, сдвинул золотистые брови. — Он обидел тебя?

Она помотала головой и вложила ёмкость со снадобьем в его руки. От прикосновения воин вздрогнул всем телом. Он хотел было, когда опомнился, что-то сказать, да на узкой лестнице остался лишь ветер.

Изабел пыталась сосредоточиться на работе, но то и дело колола пальцы. Она откладывала шитьё и подолгу стояла у окна, высматривая Оливера с Элиз. Но для гвардейца было слишком рано — тот приходил в потёмках, а подруга будто сквозь землю провалилась.

Ожидание вымотало Изи. Она еле добрела до лавки, на которую опустилась с усталым вздохом. Но стоило ей взять иглу, как дверь с грохотом распахнулась. Через порог ввалилась Элли. Сбросив ботинки, но не пальто, она прошагала к столу, чтобы напиться прямо из глиняного кувшина с такой жадностью, будто пересекла пустыню Мальдезер.

Когда дно посудины стукнуло о деревянную поверхность, Изабел увидела красные пятна на белых щеках, неестественно блестящие глаза.

— Что случилось? — она прижала к груди раскроенную ткань. — Лорд был с тобою груб?

Элли заходила по кухне, не в силах сладить с нервами, подобрать правильные жесты. Однако, пока она собиралась с мыслями, вернулся Оливер.

Он нёс домой весть и от радости не заметил волнения девушек.

— Поздравляю, Элли! — чуть ли не с порога заявил он. — Лорд Кольдт доволен тобой и желает видеть во флигеле, кроме воскресенья, каждый день. Он понадеялся, что будешь успевать к восьми, но мы-то знаем, что ты встаёшь гораздо раньше.

Элли должна была поблагодарить доброго друга за участие, но её думы унеслись далеко, точнее — высоко. Работать с таким человеком, как Киан, — честь. С другой стороны, ежедневные походы в верхний замок приближали к Бальтазару, в то время как он не хотел видеть её рядом с собой и ясно дал это понять. Размышления, так или иначе, ни к чему не вели, поскольку свобода была во Фригоне, а здесь — лишь то, что велят.