Книга Развод с драконом. Учительница для проклятых наследников, страница 2 – Диана Фурсова

— Леди Рейвард, — произнёс старший советник Вальтор, и его голос прокатился по залу, как плита, опущенная на камень. — Подойдите.

Она подошла к отмеченному кругу на полу. Когда-то в этом круге приносили клятвы. Когда-то в нём Ардан держал её за руку, и его ладонь была горячей, живой, настоящей. Тогда синие языки огня над чашами взлетели к своду, признавая их союз. Тогда весь зал склонил головы.

Сегодня никто не склонился.

Элиана остановилась и посмотрела на мужа.

— Ардан? — сказала она негромко.

Он не ответил сразу. Только едва заметно сжал челюсть. Этот жест знала лишь она. Для других он оставался холодным и спокойным. Для неё на одно короткое мгновение под каменной маской мелькнуло что-то живое. Не сожаление. Не нежность. Скорее боль, которую он сам же и запер.

А потом он произнёс:

— Совет собрался для завершения нашего брачного договора.

Не расторжения. Не обсуждения. Завершения.

Элиана почувствовала, как мир сузился до одного слова, в котором не осталось ни их прошлых зим, ни долгих писем, ни первого признания, ни ночей, когда он возвращался с границы и засыпал, положив голову ей на колени. Всё это было легко перечёркнуто правильной формулировкой.

Женщина рядом с ним опустила ресницы. Не из смущения. Элиана слишком хорошо знала эту отрепетированную мягкость. Так смотрят невесты, которых уже признали победительницами, но которые ещё должны выглядеть невинно.

— Я не получала уведомления о слушании, — сказала Элиана, и сама удивилась ровности своего голоса.

— Уведомление не требуется, если прошение подано главой рода и подтверждено печатью крови, — ответил Вальтор. — Лорд Рейвард воспользовался правом старшей линии.

Печать крови.

Значит, Ардан не просто попросил. Он засвидетельствовал волю дракона. Против такого не спорили обычные жёны, даже если семь лет носили родовое имя.

Элиана снова посмотрела на него. Ей хотелось спросить, когда он решил. В какой день. В тот вечер, когда не пришёл к ужину? В утро, когда молча отстранил её руку от своего плеча? Или задолго до этого, пока она всё ещё ждала, что холод между ними можно растопить терпением?

Но в зале Совета личные вопросы были слабостью. А слабость здесь ели с тем же достоинством, с каким подавали вино на родовых приёмах.

— Назовите причину, — сказала она.

Несколько советников переглянулись. Кто-то из младших лордов тихо усмехнулся, но звук тут же утонул в тяжёлой тишине.

Ардан шагнул вперёд.

— Брак не принёс роду Рейвард наследника, — произнёс он. — Союз не усилил дом магически, политически или кровно. Леди Элиана не обладает драконьим даром, не может участвовать в родовых обрядах, не принята северным крылом и не имеет поддержки старших линий.

Каждое слово падало точно. Без дрожи. Без срыва.

Элиана слушала и понимала, что всё это он продумал заранее. Может быть, даже выучил, чтобы не сбиться. Она знала его голос в бою, в гневе, в усталости, в редкой нежности. Сегодня он говорил так, будто зачитывал распоряжение о закрытии пустого крыла дворца.

— И поэтому меня вычёркивают? — спросила она.

Ардан молчал слишком долго.

За него ответил Вальтор:

— Не вычёркивают, леди. Освобождают от обязательств перед родом.

Элиана почти улыбнулась. Почти. Как изысканно они умели оборачивать нож шёлком.

— Освобождают, — повторила она. — От имени, дома, положения и брака?