Онлайн книга «Из небытия»
|
Женщина уронила плечи, лицо её посветлело, словно с него смыли грязь в виде боли и бессилия. Щёки налились лёгким румянцем, губы задрожали. Она откинула край одеяльца, не веря своим ушам, и посмотрела на своё дитя. Слёзы облегчения потекли по её щекам от чуда, которое она уже не надеялась увидеть. Прихожане храма замерли. Все взгляды обратились к Эйдану. Потрясённый шёпот пронёсся по залу, как ветер. Первой зашевелилась женщина, находившаяся ближе всех, она поползла вперёд, опираясь на локти, тянулась к нему, дрожащими губами шепча: — Пожалуйста… помогите. Её голос подхватили остальные. Один за другим те, кто ещё мог двигаться, поднимались на ноги или тянулись к нему руками, ползли, склонялись. Даже седой, осунувшийся священник с трудом слез с возвышения и подошёл ближе, хрипло кашляя, с мольбой в глазах. Теперь в фигуре Эйдана, несмотря на кандалы, было что-то неоспоримо властное. Его побаивались, но в то же время молили. О нём не думали как о человеке – скорее как о силе, спущенной с небес самим Смотрящим в ответ на их мольбы. В углу молодой художник в спешке сдёрнул набросок с мольберта – прежняя сцена показалась ему оскорбительно пустой, унылой и безжизненной, она больше не имела смысла. А эта требовала срочности. Его пальцы дрожали от возбуждения. Он лихорадочно двигал углём, ловя свет, тени, лица – этот миг, когда чудо происходило на его глазах. * * * Карета резко подпрыгнула, налетев на камень, и Ирис проснулась, едва не ударившись головой о стенку. Она моргнула, стряхивая остатки сна, и выглянула в окно. Сквозь густую листву леса проглядывалась извилистая дорога, по которой они двигались. — Долго ли нам ещё ехать? – спросила она, обращаясь к сидящему напротив канцлеру. — Уже подъезжаем, – вежливо ответил Ангус Тармон, отрываясь от своих бумаг. – За следующим поворотом откроется вид на Каймур. Карета замедлила ход, и вскоре лес расступился, открывая взору ворота города. Над ними возвышались шпили замка, слегка затянутые плотным небом. На воротах по обе стороны были размещены гербы дома Ровенвальдов: на голубом фоне было изображено дерево, пронзённое молнией. Этот символ олицетворял силу, стойкость и решимость – качества, присущие этому древнему роду. Когда карета приблизилась к воротам, раздался звук горна, и створки медленно распахнулись. Внутри города улицы были вымощены булыжником, а по обеим сторонам стояли старые деревянные дома с покосившимися крышами. Людей на улицах было немного; в основном встречались стражники и редкие прохожие, спешащие по своим делам. Карета проехала через город и въехала во внутренний двор замка. Он производил впечатление мрачного и сурового места: высокие стены, узкие окна и массивные башни создавали ощущение неприступности. Рядом располагалась псарня, откуда доносился лай охотничьих псов, готовых в любой момент отправиться на охоту. Ирис внимательно осматривала окружающее пространство, стараясь запомнить каждую деталь нового для неё места. Дверца кареты мягко отворилась, и внутрь хлынул прохладный воздух, пропитанный древесным дымом. Первой ступила на землю принцесса Луиза, за ней осторожно спустилась Ирис, придерживая подол платья, и вслед – канцлер Тармон. Неподалёку, облокотившись на резную трость с металлическим навершием, их уже поджидал мужчина в окружении своей свиты. На вид ему было около тридцати лет, высокое крепкое телосложение, белокурые волосы были завязаны в короткий хвост, открывая красивый лоб и чуть нахмуренные, но притягательные черты лица. Глаза его были смеющиеся, светло-голубые, они излучали живость и внутреннее тепло. На плечах его лежал добротный тёплый плащ из шкуры серого волка, застёгнутый на серебряную фибулу, под ним – плотный кожаный камзол чёрного цвета, с простыми, но тщательно отполированными пуговицами. Его одежда говорила о вкусе и дисциплине. Он сделал лёгкий поклон, склонив голову в знак уважения. |