Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 108 – Юлия Стешенко

— Благодарю вас за мудрые советы. Я обдумаю все услышанное и приму решение.

Отец стоял, пока бонды не вышли из зала. И только когда последний из гостей покинул комнату, он вздохнул и повернулся к Торвальду.

— Ну, Туви…

— Прости, пап. Я слушал. Честное слово, слушал. Просто… они же все время одно и то же талдычат! Зерно, сено, коровы, овцы! У того межа, у этого покосы, у того падеж, у этого потрава. У меня от этой ерунды голова кругом!

— Туви… – отец, обогнув длинный стол, обнял Торвальда за плечо. Рука у него была тяжелая и горячая, когда-то давно, в детстве, она казалась огромной, но сейчас… сейчас это была просто рука. – Сынок, ты должен научиться слушать людей. И слышать их.

— Я слушаю! Хескульд собачится с Ольвом, Хавгрим – с Эцуром. Я вижу, я не тупой. Но какая от этого польза?

— Простая, – ярл Эйнар сел, оправил тяжелый богатый плащ и указал Торвальду на соседний стул. – Кто громче всех ратовал за подати, собираемые товаром?

— Хескульд и Хавгрим.

— А кто их поддерживал?

— Ну… – Торвальд задумался, вспоминая. – Трюгги?

— Да. Трюгги. А еще Сигвальд, оба Торкельсона, Висбур, Альрек и Хейдрек. Как думаешь, почему?

— Потому что у них пахотные угодья большие, – пожал плечами Торвальд.

Это был легкий вопрос. Очевидно же: если человек выращивает зерно, то подати ему выгоднее отдавать этим вот самым зерном. Торвальд отлично это понимал. Но куда клонит отец, сообразить все еще не мог.

— Правильно, – одобрительно кивнул ярл Эйнар. – Это крупные землевладельцы, которые заинтересованы именно в таком решении. Поэтому что должен сделать правитель?

— Согласиться? – Торвальд чувствовал, что ошибается, но придумать другого ответа не мог.

— Нет. Ни в коем случае. Согласись я, и эти чванливые землевладельцы воспримут мое решение как должное. А значит, следует для начала установить, что подати нужно платить серебром.

— Но зачем? Цены ведь действительно вырастут…

— Погоди. Я же сказал – для начала. Представь, что ты Хескульд. Ярл заявляет, что отныне ты должен выплачивать казне по два прута серебра в год. Что ты будешь делать?

Торвальд представил. Задумался. И сделал единственно верный вывод.

— Возражать, конечно же. Я буду возражать.

— Вот именно. Ты будешь возражать. Обратишься к ярлу, будешь просить его переменить решение. Пообещаешь отличное зерно, самое лучшее, пообещаешь лояльность и поддержку.

— Да. Так я и сделаю. Ты хочешь, чтобы Хескульд в будущем поддерживал твои решения! – сообразил наконец-то Торвальд. Сначала обрадовавшись долгожданному озарению, он тут же поник – очень уж поздно оно пришло. И не само по себе. Только после долгих, подробных объяснений.

Отец придумал этот тонкий ход сам. Прямо во время совета, а может, задолго до этого.

Вот каким должен быть настоящий ярл.

— Верно. Я хочу, чтобы Хескульд в будущем меня поддерживал, – одобрительно улыбнулся отец. – Но не только Хескульд. Все крупные землевладельцы должны твердо знать, что я делаю им одолжение. Иду на уступки – но ожидаю взамен безоговорочной верности.

— Ого. Здорово. Я понял, – расплылся в восхищенной улыбке Торвальд.

— Погоди, это не все. Торговцам выгодны подати, которые платятся серебром. В том числе и потому, что у торговцев-то это серебро в случае нужды будут покупать. Если я сначала буду склоняться к такому решению, торговцы воспылают надеждой – и в дальнейшем в случае необходимости я смогу подманивать их этой морковкой, – завершил объяснения отец. Потрепав Торвальда по волосам, он улыбнулся. – Не переживай. Ты научишься. Мудрость приходит с опытом.