Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 128 – Юлия Стешенко

Оглянувшись на спящих слуг, Торвальд украдкой сунул руку под одеяло и сжал корень всех бед.

Ну вот какого Хелля все так сложно?

Бесшумно спустив ноги с кровати, Торвальд нашарил на полу ботинки, натянул их и прокрался к выходу. Дом сонно дышал, скрипел и кряхтел. Шуршали под полом сбежавшие из полей в тепло мыши, тонко чирикала сквозь дрему какая-то пичуга. Свернув на кухню, Торвальд обнаружил служанку. Обвязав волосы бледно-голубым полинявшим платком, она месила на столе пухлый ком теста, вздымая белые облака муки. Шагнув вперед, Торвальд обнял ее и прижал к себе. Служанка, не оборачиваясь, хихикнула и с готовностью крутнула задницей. А чего не крутнуть? Если хозяин отважен, красив, щедр на подарки и горяч в любви. Обхватив девушку за тяжелую, налитую грудь, Торвальд потеснил ее к дверцам каморки и толкнул в прохладную темноту.

Как там сказал Ливстейн? Ведьма, не ведьма… Плевать. Главное, чтобы не поперек.

И никаких обид в будущем. Никаких сложностей, никаких обязательств. Просто два тела, слившиеся воедино. А потом – отрез шерсти в подарок.

— Туви! Туви, вставай!

Да что ж такое-то! Почему всегда Туви?!

Хлопнув на голову подушку, Торвальд накрылся поверху одеялом и крепко зажмурился.

— Сынок, просыпайся! К тебе пришли!

— Ну мам! – обреченно простонал из-под подушки Торвальд, но сон уже уходил, растворялся в привычном утреннем гаме, оставляя после себя бледный привкус разочарования.

— Туви, вставай, – Финна требовательно потянула одеяло, и Торвальд, подчиняясь неизбежному, спихнул с головы подушку.

— Кого там принесло?

— Тебя хочет видеть Вальдис, жена Энунда.

Вальдис? Жена Энунда? Торвальд порылся в памяти, вытаскивая образ – долговязая, плечистая женщина с тяжелым лошадиным лицом и редкими зачесанными на пробор волосами.

— Какого Хелля ей надо?

— Не ругайся. Вот таз с водой, умывайся, причесывайся. Можешь не торопиться – я предложила Вальдис медовых лепешек и чаю.

— Спасибо, мам, – Торвальд сел в кровати, поднял руку и понюхал себя под мышкой. Поморщившись, он стянул вчерашнюю рубаху и отбросил в сторону. – Дарри! Принеси мне переодеться! Так чего хочет эта Вальдис?

— Ты же просил сообщать, если кто-то из жителей не вернется из леса?

— Просил… – Торвальд принял у Дарри чистую белую рубаху. – И что?

— Ты что, не проснулся еще? – выгнула ровную, словно углем очерченную бровь Финна. – Энунд вчера ушел в лес и не вернулся. Вальдис пришла тебе об этом рассказать.

— Энун? Пропал? Твою мать! – яростно тряхнув рубашкой, Торвальд потянул ворот на голову, рукава – на руки, немедленно запутался и застрял. – Твою мать! Хеллева пропасть!

— Туви, не ругайся, – отчеканил над ухом любящий материнский голос.

Когда Торвальд выскочил в большую комнату, одетый, причесанный и умытый, Вальдис уже доедала лепешку.

— Добрый день, – она степенно поднялась, приветствуя наследника престола. – Я насчет Энунда. Он вчера днем на охоту ушел – и вот. До сих пор нет.

— Зачем вышел? Куда? – Торвальд плюхнулся на скамью и тоже ухватил с блюда лепешку. Вчерашние горести за ночь растаяли, а голод, наоборот, обрел весомую чугунную убедительность.

— Так на охоту же, – Вальдис, опустившись на свое место, налила вторую кружку чая. – У нас младшенький заболел. Кашляет и кашляет, кашляет и кашляет. Никакого покоя нет. Ну, Ингвар и сказал: «Покормите ребеночка оленьей печенью». Только обязательно свежей, чтобы кровь еще не свернулась. Я прямо на следующее утро Энунда в лес и послала. За оленем. Чтобы печень принес, да и мясо не помешает, – Вальдис окунула лепешку в мед и, подставив ладонь, чтобы не закапать стол, быстро сунула кусок в рот. Воцарилось молчание. Вальдис жевала с размеренностью усталой коровы, и Торвальд, скованный правилами гостеприимства, не смел ее подгонять.