Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 144 – Юлия Стешенко

— Эй, – сказала Ива куда-то в диафрагму. – Э-э-эй.

И лизнула Торвальда в грудь. Кожа у него была соленой и горячей.

— Ага. Да.

Вздохнув, он откатился в сторону и замер, уставившись немигающим взглядом в потолок. Ива тоже подняла глаза. С пыльных закопченных досок свисали черные фестоны пыли. Летом в них, наверное, жили пауки.

Хорошо, что сейчас не лето.

— Хочу пить, – объявила в потолок Ива.

Несколько секунд Торвальд лежал неподвижно, потом застонал, медленно поднялся и пошлепал босыми ногами к ведру.

— Держи.

Оттолкнувшись пятками, Ива переползла вверх, уперлась спиной в стену и взяла кружку. Ледяная вода ломила зубы, но пахла почему-то зеленой травой и цветами. Как будто вытекала прямиком из Аида. С гребаного поля асфоделей.

Торвальд, рухнув на кровать, закинул под голову руки и вытянул бесконечно длинные ноги. Ива, подумав, подсунула под него быстро остывающие ступни.

— Думаешь, мы действительно просидим тут целых пять дней?

— Не знаю. Сейчас на улице снега по колено. И, кажется, дождь пошел, – Торвальд поднял взгляд к потолку. Ива прислушалась. К привычному уже шуму ветра и тревожному, сухому шепоту сосновых ветвей прибавился тихий дробный перестук капель. – Может, к завтрашнему утру заносы размоет. А может, ударит мороз – и тогда мы застряли. А что, ты уже хочешь выбраться? – в глазах у Торвальда вспыхнули золотые искорки смеха.

— Даже не знаю, – Ива сползла вниз и вытянулась рядом, прижавшись к горячему боку. – Все это, конечно, очень романтично, но у меня было бы удобнее.

Да. Было бы. Кровать с ортопедическим матрасом, ванна с горячей водой, полный холодильник еды и – чудо из чудес! – унитаз. А не заметенные снегом кустики, при одной мысли о которых у Ивы начинал дергаться глаз.

Торвальд, заматывающий Иву в толстое колючее одеяло. Торвальд, таскающий воду и дрова, сидящий на корточках перед очагом, поддерживая огонь. Торвальд, задумчиво помешивающий ложкой в котелке. Жар огня, тяжелый сытный запах мясной похлебки, тепло и тяжесть руки, обнимающей Иву.

«Да ну и на хрен этот унитаз», – подумала Ива, закрывая глаза. Жизнь унитазами не начинается и не заканчивается.

Хотя вряд ли они просидят тут долго. Вчера безопасники, узрев надвигающийся апокалипсис, должны были метаться, как куры с отрубленными головами. Но то вчера. Сегодня наверняка всю информацию уже собрали, причинно-следственные связи установили, может, даже Ингвара вычислили. Это не так уж и трудно. Ива демонстрировала навязчивый интерес к жертвоприношению. От нее тянется очевидная цепочка к Торвальду, охранник подтвердит, что уехали они вместе. А перетряхнуть Грейфьяль и выяснить, куда они ездили и что спрашивали, вообще не вопрос. Это же не в мегаполисе розыскные работы проводить. Грейфьяль размером с большую деревню, было бы желание – узнаешь все.

А теперь у безопасников желания хоть отбавляй. Впереди своего визга побегут, мудилы.

— Не бойся, – по-своему понял затянувшуюся паузу Торвальд. – Я старые силки нашел. Если что – подправлю, расставлю и буду тебя зайцами кормить.

— Мне зайцев жалко.

— А кого не жалко?

— Ингвара, – подумав, ответила Ива.

Это же надо таким идиотом быть! А говорят, что вместе со старостью приходит мудрость. Да хрен там. Вообще никакой корреляции.

— Ингвар? – изогнул бровь Торвальд. – Мне жаль тебя огорчать, но есть Ингвара мы точно не будем.