Книга Пушкин, кружка, два ствола, страница 58 – Юлия Стешенко

— Я бы на месте твоего Лехи валила отсюда как можно дальше. И как можно быстрее.

— Уже сказал. Леха, правда, упирался поначалу, но я объяснил, что Костянов Изотову прикончил, а Леха теперь — единственный свидетель, которого обязательно надо убрать.

— Так он же не единственный!

— Неважно. Леха умом и сообразительностью не отличается, он поверил. И сдрейфил. Пообещал, что к тетке, в Ижевск рванет.

— Это в его интересах. Надеюсь, Кощею сейчас будет не до выслеживания какого-то там Лехи. Ты про «Никаголд» слышал?

— Вроде бы что-то с золотом связанное…

— Да. Крупная золотодобывающая компания. У Мордашова были акции «Никаголд». Смекаешь?

— Думаешь, что Костянов…

— Практически уверена. Пробей, кто из акционеров «Никаголда» за последние годы скончался по естественным причинам, — Дина задумалась, выстукивая пальцами по столу рваный марш. — А перемещение акций отследить можешь?

— Без официальных следственных действий? Понятия не имею. В жизни не отслеживал акции. Но я попробую. Что ты делаешь сегодня вечером? — внезапно сменил тему Сумароков.

— В каком смысле?

— В прямом. Что-то мы последнее время все о работе да о работе. Хочу пригласить тебя на свидание.

— И куда же?

— Да хоть бы и в «Орхидею». Оценишь порочное очарование сельской дискотеки.

— В «Орхидею»? — изумилась Дина. Отношения с Сумароковым, так интригующе начавшиеся, стремительно катились куда-то не туда. И ставшие уже дежурными поцелуи отделяли длинные производственные совещания от коротких свар. Что с этим делать, Дина не знала. А самое главное — она не понимала, хочет ли что-нибудь с этим делать. Сумароков потянулся вперед, взял ее за руку и мягко сжал пальцы. Рука у него была большая и жесткая, с твердыми бугорками мозолей, а на подбородке пробивалась рыжеватая щетина. Дина неуверенно дернула ртом, и Сумароков тут же улыбнулся ей в ответ. В прозрачных серых глазах вспыхнул и замерцал теплый свет.

— Ну что? Согласна?

— А знаешь… давай! — внезапно решилась Дина. — Но самогон пить не буду!

— Ну что вы, мадам. Разве я позволю себе предложить даме самогон? Возьмем виски.

Раскрыв шкаф, Дина печально оглядела прозрачную цепочку плечиков. Она привезла с собой только два типа одежды — то, что годится для школы, и то, что годится для охоты. Свидания в планы не входили. Хотя, с другой стороны… Свидание ведь не где-нибудь, а в «Орхидее».

В принципе, можно считать это охотой.

Уже не колеблясь, Дина влезла в черные джинсы, натянула черный же джемпер и завершила образ, повязав жемчужно-белый шейный платок фэнтезийным бантом. Нужно же как-то обозначить романтичность момента. Довершило изысканный лук прозрачно-цитрусовое облако Ego Stratis. В конце концов, у Джульетты действительно был ствол. И не один.

Во дворе посигналили, и Дина высунулась в окно. Убогонькая «нива» Сумарокова уже стояла во дворе, стыдливо потеснившись к кустам. Забросив на плечо сумку, Дина влезла в кроссовки и сбежала по лестнице вниз. Сумароков встретил ее у подъезда — гладко выбритый, причесанный, благоухающий одеколоном. Но в джинсах.

— Ну надо же. Я думала, ты будешь в костюме, — вскинула брови Дина.

— Мужчина в костюме рядом с девушкой в джинсах — это дешевые понты.

— А с чего ты взял, что я буду в джинсах?

— Ну как же. Вечерних платьев ты с собой точно не брала, школьные шмотки надевать не захочешь. Значит, остаются джинсы.