Книга Шесть соток волшебства, страница 74 – Юлия Стешенко

— Эх ты, ма-а-асквичка, — добродушно усмехнулся Славик. — Вот, видишь — у тебя завязь на кончиках темнеть начала? Это значит, что кальция помидорам не хватает. Раствори в воде обычный глюконат и побрызгай завтра вечером кустики.

— Глюконатом кальция? Это который дешмаревый, в аптеке?

— Ну да. Помидоры — они, знаешь ли, начисто лишены снобизма. Дешевый глюконат их не оскорбит.

Подхватив пустые ведра, Славик легким шагом направился к водопроводному крану. Инга проводила пристальным взглядом широкие плечи и узкие, плотно обтянутые джинсами бедра.

— Глюконат кальция? Серьезно? — спросила она у бессильно поникших кустиков. — Помидора дентата?

Телефон зазвонил в самый неподходящий момент. Инга как раз уселась на бетонную завалинку около водопровода, а Славик, черпая ковшиком ледяную воду, поливал ее ноги, нежно поглаживая пыльную, измазанную бурым травяным соком кожу. Инга млела, закрыв глаза, и события развивались в самом перспективном направлении. Воды становилось все меньше, нежных поглаживаний все больше, и теплые руки медленно, но неуклонно скользили все выше и выше под юбку. Славик как раз добрался до чувствительного места на внутренней стороне бедра, от прикосновений к которому у Инги бежали мурашки. Он мягко сдавливал и поглаживал, то ли лаская, то ли массируя, и каждое движение отдавалось в Инге волнами сладкого жара. Забыв и о кальции, и о помидорах, она плыла в теплых водах удовольствия, как маленький бумажный кораблик по бескрайней глади озера. Истеричный вопль рингтона безжалостно выдернул ее из томной медовой неги — и вовсе не прибавил нежных чувств к звонившему.

— Алло! — рыкнула Инга в трубку.

— Инга Викторовна? Добрый день. Это я, Даша, — смущенно отозвался знакомый голос. — Я все узнала.

Славик, уныло вздохнув, убрал руки и сел на бетонную плиту, скрестив по-турецки длинные ноги. Инга досадливо одернула юбку.

— Что — все? О чем вы вообще говорите?

— Ну как же! Вы ведь сказали, чтобы я с Вадимом по душам поговорила. Так я и поговорила! Теперь звоню, чтобы вам рассказать.

— Хорошо. Рассказывайте, — покорно согласилась Инга. Вечер был очевидно испорчен, а информацию лучше получить прямо сейчас. Чтобы у Дарьи не было времени на творческую интерпретацию услышанного.

Глава 36 Явление упыря народу

— Что-что он сказал? — выпучил глаза Славик.

— Что алкоголь — это не зависимость, а сознательный выбор. Наша жизнь настолько ужасна, что смотреть на нее можно только через призму анестезии.

— Ну охренеть философ! Тоже мне, Эрих Мария Ремарк. Потерянное, мать твою, поколение! — сорвавшись со стула, Славик заметался по комнате, яростными жестами разрубая воздух в конце каждой фразы. — Мы тут способы придумываем, ритуалы изобретаем, чтобы долбоклюя этого из алкашки вытащить — а у него, значит, сознательный выбор. Не может он на реальность смотреть, мудила. Анестезия ему нужна, обмылку! Вадик Петрухин, электрик, ум, честь и совесть эпохи! — возопил в пространство Славик, драматическим жестом раскинув руки, словно мадридский повстанец с картины Гойи. — Ну, Вадик, ну, сукин сын, держись. У тебя красная краска есть? — Славик вперил пламенный взгляд в Ингу. Та, несколько охреневшая от внезапной вспышки, кивнула.

— Есть. Алкидная. Я вентиль на уличном кране покрасить хотела.